Диалог требования к нему

17.03.2018 Выкл. Автор admin

Урок риторики по теме «Виды текста: диалог, монолог»

ЦЕЛИ УРОКА:

  1. познакомить детей с новыми видами текста: диалог, монолог;
  2. совершенствовать навыки выразительного чтения;
  3. развивать монологическую речь учащихся;
  4. воспитывать интерес к предмету.

ОБОРУДОВАНИЕ: филворд, рисунки, таблицы с опорными словами “диалог”, “монолог”, “реплика”, костюм Карлсона, маски волка и лисы.

ХОД УРОКА

I. Организационный момент.

— Приготовимся к уроку, настроим себя на хорошую работу, постараемся все запомнить, активно работать.

Начинается урок
Он пойдет ребятам в прок.
Постараюсь все понять,
Многое хочу узнать.

II. Речевая разминка.

— Для того, чтобы подготовить речевой аппарат к активной работе на уроке, проведем разминку.

1) Упражнение “свеча”.

Вдох – через нос. Выдох – через рот.
Вдох – через нос. Резкие, короткие выдохи через рот.

Вдох — прочитывание ряда гласных на выдохе с постановкой ударения на различные гласные.

3) Работа со стихотворением.

Котик ниток клубок
Укатил в уголок.
Укатил в уголок
Котик ниток клубок.

— Чтение с различной громкостью от шепота до крика.
— Чтение с различной интонацией (вопросительной, восклицательной и различным логическим ударением).

III. Проверка домашнего задания.

— Молодцы, хорошо справились с разминкой. А теперь вспомним, о чем говорили на прошлом уроке.

Филворд.

— Найдите слова-понятия, с которыми познакомились в разделе “Текст” (текст, цитата, аннотация).
— Дайте определение этим понятиям.
— Дома вы самостоятельно составляли аннотацию своей любимой книги. Расскажите о ней так, чтобы в библиотеку за этой книгой выстроилась очередь.

IV. Изучение нового материала.

— Вы уже знаете, что тексты хранят информацию. И вы знаете, некоторые волшебные ключики, которые помогают “открыть”, понять текст. Сегодня на уроке познакомимся с тем, какие, какие бывают тексты, как в них хранится информация. Итак, тема сегодняшнего урока “Диалог и монолог”.

— Что же обозначают эти новые понятия? Попытайтесь найти информацию пользуясь “Толковым словарем”.

(учащиеся самостоятельно работают со словарем)

— Как видите, не все понятия содержатся в одном словаре. Чтобы найти нужную информацию, надо просмотреть несколько справочников.

Вывод: диалог и монолог – слова греческого происхождения, обозначают вид текста в зависимости от того, происходи или не происходит смена говорящих.

— Закончите мое предложение: “Я начинаю разговор, ты … (продолжаешь)”.
— Мы обмениваемся высказываниями, … (репликами) – новое слово. Это — … (диалог).
— Рассказываю о том, что со мной произошло. Ты только слушаешь. Это — … (монолог).
— Рассмотри рисунки. Расскажи, под какими ты бы написал “монолог”, а под каким “диалог”?

— В каких ситуациях обычно возникает диалог?
— С кем ты чаще ведешь диалоги и на какие темы?
— С какими людьми приятно вести диалог, а с какими не очень?

VI. Работа с учебником.

Задание № 12 с.13.

— Перед вами два текста. Прочитайте их.
— Какой из них является монологом? Диалогом?

— Кто участвовал в диалоге?
— Кто произносил монолог?
— Обратите внимание на форму записи диалога и монолога?
— Чем она отличается?
— А теперь попробуем разыграть диалог.

(Работа в парах. Заслушиваются 3-4 пары учеников)

Задание № 14 с. 14

— В этом диалоге из известной русской сказки недостает одной реплики. Внимательно прочитайте диалог, восстановите и допишите реплику.

(Инсценировка диалога в масках.)

— К нам в гости пришел сказочный герой.

(Выходит ученик в костюме Карлсона)

— Я самый упитанный, самый воспитанный – мужчина в полном расцвете сил. Я – лучший в мире пожарный, лучший рисовальщик петухов.
— Что прозвучало из уст героя?
— А теперь поучаствуйте в диалоге с Карлсоном. Вы можете соглашаться с ним или не соглашаться.

Задание № 16 с.16. (Чтение по ролям разговора Карлсона с ребятами)

— Чего добивался Карлсон?
— В какой момент ребята перестают соглашаться с ним?

VII. Физминутка. (проводит сказочный герой)

— Карлсон пришел не с пустыми руками, он просит помочь выполнить следующее задание.

(Выполнение задания № 15, с.15)

— В этом диалоге перепутаны реплики. Попробуйте восстановить их последовательность.
— Докажи, что у тебя получился текст.

— Что узнали нового на уроке?
— С какими видами текста познакомились?
— Чем монолог отличается от диалога?
— Какое задание вызвало наибольшие трудности?
— Какое задание понравилось больше всего?

Диалог с сотрудником: что и как сказать

Европейские компании имеют куда более обширные традиции по оценке персонала. Российские компании лишь недавно начали экспериментировать в этой области. Но большинство предпочитает перенимать опыт своих западных коллег, не всегда адаптируя его к нашим условиям. В рамках оценки персонала часто используется оценочное собеседование. Оно предполагает проведение диалога с сотрудником. По итогам оценки сотруднику формируются цели на следующий год. От качества проведения диалога зависит то, с каким настроением и с какими мыслями сотрудник продрожит работу. Поэтому необходимо соблюдать некоторые принципы, чтобы диалог был эффективным как для того, кто его проводит, так и для того, с кем его проводят.

Важнейшим этапом при оценке работы подчиненных является оценочное собеседование. Оценочное собеседование — это интервью с оцениваемым, решающее вполне определенные задачи.
Такое собеседование помогает руководителю и подчиненному определить их взаимные ожидания. Оценочное собеседование с работниками проводится также для того, чтобы сообщить им результат оценки эффективности их работы. Оно позволяет руководителю подвести итоги работы подчиненного, подкрепить желательное поведение, указать на недостатки в работе и разработать совместно с ним план улучшения работы.

До недавних пор в нашей компании не было практики проведения таких диалогов, однако, когда было принято решение поменять систему оценки, возникла потребность в поиске новых моделей оценки персонала.

В нашей компании вместо аттестации персонала была внедрена европейская модель, которую я обозначила как «Ежегодную оценку и диалог с сотрудником».

И если с выставлением оценок сотрудникам по итогам года руководители смогли разобраться, то с проведением диалогов с сотрудниками возникли большие проблемы, т.к. такой практики у большинства руководителей не было.

Диалог с сотрудником является ключевым моментом процедуры ежегодной оценки персонала. Построение диалога исходит из представлений руководителя о процессе управления людьми и о способах воздействия на их поведение. Можно выделить по меньшей мере три подхода, которые при этом могут быть использованы руководителем:

  • заставить — заставить улучшить работу или поведение, подавить сопротивление.
  • убедить — убедить работника в необходимости изменения.
  • привлечение работника к принятию решений — донести свою точку зрения, понять точку зрения работника и прийти к общему согласию. Разбудить у работника желание к профессиональному росту и личностному развитию. Определить, что нужно сделать для решения проблем, мешающих повышению эффективности его работы.

Очевидно, что третий вариант является верным с точки зрения наиболее эффективной мотивации сотрудника. Сотрудник сам принимает решение, а значит, несет за них ответственность.

Чтобы облегчить учесть наших менеджеров, была написана программа обучения проведению оценки и диалога с сотрудником.

В первую очередь необходимо было разъяснить, зачем мы вообще проводим диалог.

Для руководителя и для сотрудника цели в диалоге были обозначены разные:

для сотрудника:

  • Понять цели Компании и соотнести их со своими профессиональными целями;
  • Понять, насколько хорошо он выполняет свою работу, в какой степени руководителя устраивают его рабочие результаты;
  • Своевременно получить рекомендации, способствующие лучшему выполнению работы, более эффективно спланировать свою деятельность;
  • Быть включенным в процесс составления планов развития и формирование целей;
  • Донести до руководителя свою точку зрения.

для руководителя:

  • Получить обратную связь по встречным ожиданиям сотрудника;
  • Помочь сотруднику в повышении эффективности его работы, более полном использовании своего профессионального потенциала;
  • Добиться повышения производительности и выполнения задач бизнеса за счет повышения мотивации сотрудника.

Чтобы легче было контролировать процесс ежегодной оценки и чтобы помочь руководителям с планированием, процедура проведения диалога была расписана по этапам.

Шаг 1. Подготовка сотрудника.

Перед прохождением диалога сотрудник должен быть ознакомлен с оценочными критериями, а также подготовиться к ответам на следующие вопросы:

1. Что планировалось сделать за отчетный период?
2. Что было сделано?
3. Что не удалось сделать и почему?
4. Какие задачи запланированы на будущее?
5. Как можно будет оценить их достижение (как можно будет понять, что они достигнуты?)
6. Как можно улучшить сегодняшние результаты? Что для этого необходимо сделать?

Также сотрудник может подготовить отчет о выполнении плана работы и другие необходимые, с его точки зрения, документы. Сотрудник может не согласиться с оценкой руководителя, и поэтому он должен иметь возможность аргументировать свое мнение. К тому же во время диалога подводятся итоги работы сотрудника, и ему нужно достаточно времени, чтобы для самого себя еще раз повторить, какие цели были перед ним поставлены и каких он достиг.

Подготовка сотрудника важна для него самого, прежде всего. Поэтому на первых порах руководители могут забыть проинформировать сотрудника о предстоящей оценке, либо не сообщить ему о необходимости подготовиться.

Чтобы диалог не стал стрессовой ситуацией, группа оценки персонала самостоятельно высылала информационные письма сотрудникам с подробным описанием вопросов и самой процедуры проведения диалога и рекомендациями.

Рекомендации для сотрудника при подготовке к оценочному интервью:

  • Просмотрите свои цели предыдущего года и оцените уровень достижения каждой поставленной цели.
  • Оцените свои сильные стороны и определите области, нуждающиеся в развитии.
  • Определите ваши следующие шаги для продолжения личного развития.
  • Определите и четко опишите 3-6 личных целей, на достижении которых вы хотите сконцентрироваться в следующем году, определите, каким образом вы будете оценивать их достижение.
  • Продумайте свои планы на будущее, чтобы вы могли четко и ясно описать их.

Такие рассылки делались каждому сотруднику примерно за неделю до диалога.

Чем активнее работник участвует в процессе оценки, тем выше его ответственность за выполнение решений принятых в ходе оценочного собеседования.

Шаг 2. Подготовка руководителя.

Чтобы диалог с сотрудником был успешным, руководителю нужно:

  • уметь находить психологический контакт с подчиненными;
  • уметь планировать и анализировать работу подчиненных;
  • понимать цели организации и задачи, стоящие перед сотрудником;
  • знать стандарты и критерии выполнения работы;
  • собрать максимально полную информацию о рабочих результатах сотрудника.

Именно такие требования к подготовке руководителя я проговаривала, когда проводила обучение. Но совершенно очевидно, что не все руководители отнесутся к этому ответственно и не все могут выполнить эти требования. Практика показала, что некоторые руководители не могут поставить цели на год для своих подчиненных, не могут выделить главное и т.п. Конечно, это относилось больше к менеджерам низкого уровня…Но все-таки открытие было не из приятных. Чтобы устранить эту проблему, мы сделали заказ на написание тренинга целеполагания для нашего учебного центра.

С первым пунктом (умение находить психологический контакт с подчиненным) дело обстояло сложнее. Тут уже потребовалась целая батарея тренингов по развитию коммуникативных навыков. Если руководитель испытывал трудность при проведении диалога с сотрудников, ему предлагалось предварительно пройти тренинги. Как ни странно, многие руководители откровенно признавали, что у них есть определенные проблемы и просили провести обучение.

Также мы рекомендовали руководителям создать базу, в которую они смогли бы заносить промежуточные оценки работника в течение года, допущенные ошибки, инициативы и т.п. Постоянный мониторинг в течение года поможет оценивающему составить четкое представление о достижениях сотрудника, трудностях и возможных неудачах.

По предыдущим оценкам сотрудников вся база была у группы оценки и руководитель мог воспользоваться этой информацией. Там он мог найти рекомендации к развитию, слабые стороны, карьерные ожидания сотрудника и определить, какого прогресса сотрудник достиг по каждому параметру.

С психологической точки зрения, руководитель должен иметь в виду, что цель оценки – помощь в повышении эффективности работы сотрудника, его отдачи и более полное использование его профессионального потенциала. Здесь не должно быть места эмоциям и субъективизму. Руководитель должен быть готов слушать и обдумывать то, что говорит оцениваемый, и вступать в диалог с ним.

Оцениваемый должен точно знать цели и критерии, по которым оцениваются его работа и рабочее поведение. Чем более справедливой считает работник оценку своего труда, тем выше его ответственность за выполнение решений, принятых в ходе оценочного собеседования, тем более он бывает удовлетворен ходом собеседования, тем в большей степени готов согласиться с итоговой оценкой и тем выше вероятность того, что он предпримет реальные шаги для повышения эффективности собственной работы и своего профессионального роста в будущем.

Шаг 3. Проводим диалог с сотрудником.

Руководитель должен как минимум за две недели назначить время собеседования для каждого сотрудника (собеседование обычно требует от получаса до полутора часов, в зависимости от того, какую должность занимает оцениваемый работник и какие обязанности он выполняет).

Но на первых порах всю процедуру ежегодной оценки и диалогов отслеживала группа оценки персонала. Чтобы проконтролировать, что диалог был проведен и никто не выпал из графика, все встречи мы забивали в графике лично. Трудоемкая, но нужная работа.

Руководителю и сотруднику назначались встречи (как правило, для этих встреч использовались переговорные комнаты, чтобы рабочие звонки и т.п. не мешали проведению диалога).

Пока процедура не стала привычной, специалисты группы оценки присутствовали на диалогах и помогали правильному течению процесса.

Некоторые руководители сами просили, чтобы мы присутствовали, другие после нескольких диалогов могли самостоятельно проводить диалог и не испытывали трудностей.

Чтобы не возникало длительного молчания или беседы на сторонние темы, каждому руководителю предлагался перечень примерных вопросов для проведения диалога с сотрудником:

1. Каковы основные требования к Вашей должности?
2. Какого уровня Вы достигли по каждому из этих требований?
3. Какие цели на прошедший период перед Вами стояли? (2-3 цели)
4. Были ли какие-то дополнительные, не запланированные задачи?
5. Как бы Вы сами могли оценить проделанную Вами работу?
6. Насколько удалось достигнуть каждой цели?
7. Что не удалось сделать? Почему это произошло? Что этому мешало?
8. Какие задачи запланированы на будущее?
9. С какой целью будут выполняться эти задачи?
10. Достижение каких задач будет являться наиболее значимым?
11. Как можно будет оценить их достижение (как можно будет понять, что они достигнуты?)
12. Как часто и каким образом было бы оптимальным их оценивать?
13. Какие сложности могут возникнуть при их реализации? Как можно предупредить их возникновение (что Вы можете для этого сделать?)
14. Каким образом можно было бы улучшить Ваши сегодняшние результаты?
15. Ваши умения, знания и способности используются ли сейчас наилучшим образом? Если, нет, что следует предпринять?
16. Какое обучение помогло бы Вам улучшить рабочие показатели?
17. Каковы Ваши ожидания от работы на будущее?
18. Какие виды стимулирования будут являться для Вас предпочтительными?
19. Насколько Вы довольны обратной связью, которую предоставляет Вам руководитель?
20. Какую обратную связь Вы бы хотели, чтобы он Вам предоставлял и как часто?

Читайте так же:  Банкротство физ лиц магнитогорск

Как оказалось, вопросы очень помогли руководителям в построении диалога.

При этом руководитель должен постоянно помнить, что диалог должен мотивировать сотрудника.

Некоторые аспекты трудовой деятельности работника могут быть скрыты от руководителя, поэтому иногда оценка собственной работы (самооценка) бывает точнее, чем оценка со стороны начальства.

По итогам диалога руководитель формулирует сотруднику цели на следующий год.

Для того чтобы цели были понятны и достижимы, они должны быть:

1. Конкретными — формулировка должна содержать ответ на вопрос «что сделать?», т. е. глагол совершенного вида (обеспечить, внедрить, увеличить). Нельзя допускать в формулировке цели слова, не несущие смысловой нагрузки. Например: оптимальный, достойный, всеобъемлющий.
2. Количественно (качественно) измеримыми — при постановке цели необходимо задать четкие измеримые критерии, которые помогут судить о ее достижении. Для количественной измеримости используются цифры. Для качественной — техническое задание или иной другой документ.
3. Связанными с целями и задачами Компании и/или подразделения — цели, которые вы ставите, должны вытекать из целей более высокого порядка. В идеале необходимо определить иерархию целей, от философии предприятия к стратегическим и тактическим целям организации и подразделения.
4. Конечными — если у цели нет конечного срока исполнения, она имеет хорошие шансы не быть выполненной никогда. Поэтому при постановке целей нужно определять конечный срок исполнения.
5. Компромиссными (реальность и вызов) — цели должны быть реальными, т. е. достижимыми. В то же время они должны содержать в себе превышение предыдущего показателя.

Участие работников в постановке целей собственной работы приводит к лучшим результатам, чем принуждение или критика со стороны руководителя.

Чем лучше работник понимает, как результаты его работы связаны с достижением целей всей организации, тем больших результатов можно ожидать от диалога.

Количество целей для одного сотрудника, как правило, не должно превышать пяти-семи. Если их будет больше, то сотрудник не сможет их все удерживать в поле внимания, начнет распыляться.

Практика показала, что больше пяти целей практически никто не смог поставить, т.к. это достаточно сложно. Здесь нужно отличать цели от задач. Не нужно просто перечислять все задачи, которые руководитель хочет поставить перед сотрудником. Цели должны ставиться на развитие, как профессиональное, так и личностное, и совсем не нужно просто переписывать годовой план.

Чтобы руководители смогли понять, как должны быть сформулированы цели, можно провести небольшой тренинг и предложить им провести диалог и поставить цели для воображаемого сотрудника. Мы придумали несколько кейсов для работы в группе с руководителями (пример кейса см приложение 1).

Руководителям на обучении предлагалось рассмотреть предлагаемых героев и, исходя из анализа слабых и сильных сторон, поставить для них цели на следующий год.

Затем в группе прорабатывались ошибки руководителей – т.н. «неправильные цели». Для каждой «неправильной» цели руководители формулировали «правильную».

По итогам диалога руководителю необходимо убедиться, что цели задания и ожидаемые результаты ясны.
В нашей компании разработан бланк, в который вносятся результаты диалога (приложение 2). Руководителю требуется своевременно заполнить на подчиненного разработанную в организации оценочную форму. Если он оставит эту задачу на последний момент, то он может просто забыть, какие цели были поставлены.

Успех оценочного собеседования решающим образом зависит от уровня развития у руководителя необходимых навыков и умения создать условия, способствующие достижению в ходе беседы с подчиненным основных целей ежегодной оценки. Можно выделить ряд факторов, оказывающих влияние на успешность проведения оценочного собеседования.

Уровень развития у оценивающих необходимых навыков:

  • Умение устанавливать психологический контакт
  • Владение методами активного слушания
  • Планирование и анализ работы
  • Способность правильно выбирать и использовать методы оценки
  • Консультирование и развитие подчиненных

Качество подготовки к собеседованию оценивающих и оцениваемых:

Подготовка руководителя:

  • Понимание целей организации и задач, стоящих перед оцениваемым работником
  • Знание стандартов и критериев выполнения работы
  • Сбор максимально полной информации относительно рабочих результатов оцениваемого работника
  • Выявление путей получения наибольшей отдачи от оцениваемого работника

Подготовка подчиненного:

  • Понимание целей работы/задания
  • Знание критериев и стандартов исполнения работы
  • Знание своих сильных и слабых сторон
  • Понимание связи рабочих результатов и перспектив своего профессионального развития и карьеры

Процесс проведения:

  • Активное участие оцениваемого работника в процессе оценки
  • Конструктивные установки руководителя и в случае необходимости оказание помощи оцениваемым работникам

Достижение согласия относительно содержания работы:

  • Разработка плана действий для решения рабочих проблем, снижающих эффективность работы
  • Постановка целей работы на будущее
  • Определение параметров ожидаемых результатов
  • Достижение согласия по поводу обсуждаемых проблем

Контроль

  • Установление контрольных сроков
  • Установление контрольных показателей
  • Выбор формы контроля
  • Обеспечение того, чтобы получаемое работником поощрение соответствовало результатам оценки.

Такой диалог дает возможность сотруднику и руководителю получить обратную связь относительно встречных ожиданий, связанных с выполнением работы, перспективными задачами и условиями, необходимыми для эффективного взаимодействия. Поэтому при подготовке руководителей к проведению собеседования особое внимание следует обращать на то, как предоставлять подчиненному обратную связь и как получать ее от него.

Вопросы руководителя во время собеседования призваны установить не только истинный уровень эффективности работника, но и определить факторы, негативно действующие на его работу. Однако не стоит переоценивать способность работника к анализу факторов, определяющих эффективность его работы. Умение слушать предполагает способность даже по незначительным деталям, по отдельным штрихам выявлять наличие серьезных проблем, оказывающих влияние на работу сотрудника. Это поможет сформулировать те или иные предположения, которое могут быть проверены в ходе собеседования.
Оценочное собеседование требует от руководителя не просто умения слушать, но умения слушать активно – это навык, который нужно тренировать.

Шаг 4. Завершение оценочного собеседования

Это важнейший этап оценочного собеседования. На этом этапе подводится итог данным ранее оценкам, еще раз проговариваются цели и приоритеты предстоящего года.

По завершении собеседования руководителю важно обратить особое внимание на конструктивность критики. Подчиненный должен четко уяснить не только то, что он сделал что-то ниже установленных требований, но и как исправить допущенные промахи в предстоящем году.

Особенно важно обратить внимание на мотивацию сотрудника. Будет ли он после завершения собеседования гореть желанием совершенствоваться и достигать новых профессиональных высот или уйдет подавленным с мыслью о необходимости поиска нового места работы? Следует заканчивать собеседование на позитивной ноте, чтобы подчиненный уходил от руководителя с хорошим настроем на работу. В конце следует еще раз повторить те цели, которые должны быть достигнуты в будущем. Кроме того, необходимо определить дату, когда будет подводиться промежуточный итог выполнения работы, запланированной в ходе собеседования.

Когда в нашей компании только внедрялась новая система оценки персонала, мы решили проводить опрос сотрудников непосредственно после диалога.

Как выяснилось, многим руководителям понравилось проводить диалог, т.к. у них появилась возможность поговорить со своими подчиненными не о текущих задачах, а об их насущных проблемах и перспективах. В процессе диалога многие руководители (особенно молодые) отмечали, что получили совершенно неожиданную информацию, которая им очень помогла в установлении контакта с подчиненными.
Сотрудники, которых оценивали, также отметили важность проведения таких диалогов.
Однако, помимо интереса и воодушевление было и разочарование – некоторые руководители были сильно разочарованы ответами своих сотрудников (например, сотрудник не мог четко определить свои должностные обязанности). Причину такой плохой подготовки сотрудников руководители, конечно же, видели в своих недоработках.

В ходе диалогов также обсуждались и карьерные планы. Несколько сотрудников были рекомендованы к зачислению в кадровый резерв, в последствии они были повышены, а два человека в ходе диалога высказали пожелание уйти из компании, т.к. у них накопилось много невысказанных претензий, которые уже нельзя было преодолеть.

В целом же диалог с сотрудник оказал мотивирующее воздействие на сотрудников.

Кейс для обучения процедуре проведения ежегодного диалога

Непоседа Иван

23 года. Работает у Вас в отделе специалистом по продажам уже полгода. Активен, как никто, берется за задачи любой сложности, несмотря на то, что многие из них не может решить самостоятельно. Жаждет получать опыт и развиваться, но ему явно не хватает знаний, он часто упускает важные детали, импульсивен, не рассчитывает свои силы и время. По образованию юрист, только что закончил университет.

По выполнению плана Вы поставили ему 2, т.к. он не показывает стабильный результат.
А вот по потенциалу ему можно поставить 4, потому что Иван – это просто неиссякаемый источник энергии и активности, которой нужно предать правильный вектор. К тому же он молод и проявляет высокую лояльность к Компании, стремится к карьерному росту и в принципе быстро усваивает новые знания.

Задание:

  • Проанализируйте сильные и слабые стороны сотрудника.
  • Сформулируйте цели по его профессиональному развитию.
  • Укажите способы реализации поставленных целей.
  • Решите, каким образом вы сможете проверить, достигнуты ли поставленные цели.

../../Исповедальный диалог: понятие, понимание, перспективы в образовании

Статья посвящена проблеме исповедального диалога. Исповедальный диалог предлагается рассматривать как пример предельно искреннего и доверительного самораскрытия, образец безманипуляционого общения. Раскрываются признаки межличностного диалога. Приведены отличия исповедального диалога как формы межличностного общения и исповеди как таинства покаяния в христианской церкви. На материале проведенного исследования показаны основные особенности исповедального диалога. Приведены «житейские» определения понятия «исповедальный диалог». Затронуты вопросы перспективы исповедального диалога в педагогическом взаимодействии.

Манипулирование столь распространенное явление нашей повседневной жизни, что мы перестаем его замечать. Опасность манипулирования — в обесценивании человека, превращении его в средство, объект приложения чьей-то воли. Манипулятивное воздействие — причина трудностей общения и источник конфликтов [16].

Что является примером общения без манипулирования и возможно ли оно вообще? Манипулирование относится к монологическим видам общения. Противоположным полюсом монологических видов общения в современной психологической литературе принято рассматривать диалог. Но что значит диалог? Очевидно, что и манипулирование осуществляется в форме диалога (если понимать под диалогом простой обмен репликами). В «диалоге» человека можно обмануть, оскорбить, обидеть, унизить, высмеять и т.д. Г.А. Ковалев в своей классификации психологических типов общения говорит и о «скрыто-диалогическом» (при сложном когнитивном отражении и личностном отношении обращение остается закрытым), и о «псевдо-диалогическом» (при простом когнитивном отражении и ролевом отношении обращение происходит открытое) типах. Под манипулятивным типом общения он понимает один из монологических типов, когда при сложном когнитивном отражении и открытом обращении отношение остается ролевым [11, с. 29].

Что есть собственно подлинный межличностный диалог, под которым мы будем понимать диалог без манипуляций?

М.М. Бахтин утверждал изначальную диалогичность человеческого сознания, его многоголосье. Он провозглашает общедиалогический принцип человеческого бытия: «все в жизни есть диалог, то есть диалогическая противоположность»; «где начинается человеческое сознание, там начинается диалог», «быть — значит общаться диалогически», «два голоса — минимум жизни, минимум бытия». «Один человек, остающийся только с самим собою, не может свести концы с концами даже в самых глубинных и интимных сферах своей духовной жизни, не может обойтись без другого сознания. Человек никогда не найдет всей полноты только в себе самом» [2, с. 306]. Вообще диалогические отношения возможны между любыми осмысленными явлениями, выраженными в знаковой форме: «ведь диалогические отношения — явление, гораздо более широкое, чем отношение между репликами композиционно выраженного диалога, это — почти универсальное явление, пронизывающее всю человеческую речь и все отношения и проявления человеческой жизни, вообще все, что имеет смысл и значение» [2, с. 71].

Г.М. Кучинский считает, что не всякое внешнее речевое общение может быть названо диалогом. Помимо диалога следует также различать простое реплицирование, внешний монолог, псевдообщение. Монологическое общение отличается от диалогического тем, что в нем в речевой форме выражена смысловая позиция одного из партнеров. «Диалог — это взаимодействие, опосредованное диалогическим текстом, который так устроен, что развиваемые в процессе диалога смысловые позиции не смешиваются, а сосуществуют, дополняя друг друга, и выстраиваются так, что если убрать вторую позицию, первая тоже исчезнет, станет непонятной» [13, с. 35].

С.Л. Батченко к основным атрибутам межличностного диалога относит: свободу собеседников; равноправие собеседников (взаимное признание свободы); личностный контакт между собеседниками на основе сопереживания и взаимопонимания [4, с. 203-220]. Границы свободы фиксируют коммуникативные права личности.

Э. Берн считает, что достижение независимости от игр происходит благодаря пробуждению трех способностей [3]:

  1. «включенности в настоящее;
  2. «спонтанности» как возможностии свободного выбора того, какие чувства (Родителя, Взрослого, Ребенка) испытывать и способов их выражения;
  3. «близости».

Все три состояния бояться рисков близости, обязательным условием которой является искренность и откровенность. При близости люди обмениваются не только взаимными поглаживаниями, но и пинками. Результат близости всегда позитивен. Необходимо отличать близость от ложной близости как хорошо замаскированной игры. В жизни мало близости — человек прибегает к другим, более безопасным, способам структурирования времени.

В.Н. Куницина выделяет следующие компоненты психологической близости [12, с. 287]:

  1. понимание (взаимопонимание, понимание с полуслова);
  2. доверие (максимальная откровенность, свободное, комфортное, безбоязненное общение);
  3. эмоциональная близость (симпатия, радость от общения; сопереживание и сочувствие, обостренное ощущение состояния другого человека);
  4. принятие (терпимость к отдельным недостаткам другого, признание и принятие другого, восприятие его таким, какой он есть, отсутствие конфликтов и стремление уступить, желание помочь);
  5. единство, близость целей, идеалов, точек зрения (совпадение ценностей).

Именно на стремление скрывать свои истинные, глубокие чувства, управлять своими эмоциями вследствие боязни интимности как на одну из основных причин манипулирования указывает Э. Шостромм. Он противопоставляет человеку-манипулятору человека-актуализатора. Жизнь манипулятора строиться на лжи, неосознанности, отсутствии свободы и доверия. Принципы, на которых строит свою жизнь актуализатор: честность, осознанность, свобода и доверие [24, c. 34]. Манипулятивные отношения — отношения «Это-Это», актуализационые — «Ты-Ты». Человек не может состояться без хотя бы одного-двух глубоких контактов, в основе которых лежат глубокие доверительные и открытые отношения. «Обязательное требование к тем, кто хочет изжить в себе манипулятора, — осознать, где и как он проявляет частичные эмоции, определить — какие именно, и попытаться разглядеть те реальные чувства, которые за ними спрятаны. А далее — не бояться выразить эти основные чувства, будь то страх или обида, гнев или любовь. Цель актуализатора — развить в себе способность честно выражать свои истинные чувства» [24, с. 46].

«Искусство быть живым» в понимании известного гуманистического психотерапевта Дж. Бьюдженталя — это, прежде всего, гениальное прозрение, ощущение пульсации своих и другого мыслей и чувств «здесь и сейчас», появление особого экзистенциального внутреннего чувства — «слушающего глаза», «слушающего Я». Подлинный диалог — это диалог двух «слушающих глаз», сконцентрированных на самом диалоге. При таком диалоге общающиеся находятся в центре своих переживаний, способны на своевременную и адекватную обратную связь. Подлинная суть диалога — быть в самом диалоге. «Когда два человека вступают в отношения на интимном уровне, то общение между ними характеризуется максимальной доступностью и/или экспрессивностью» [7, с. 56]. Говоря о достижении интимности при общении с клиентом, Дж. Бьюдженталь пишет: «В такие моменты я плачу, смеюсь, переживаю глубочайший страх, восторг, страдаю от осознания одиночества и отчаянья, испытываю нарастающий гнев или сексуальное возбуждение и храню молчание, ценя мужество клиента и его глубокую мудрость» [7, с. 56]. Именно в моменты интимности появляется новое осознание себя, расширенное видение себя, способное подтолкнуть человека к изменениям. «Я гребень волны, — констатирует Дж. Бьюдженталь, — который всегда сдвигается к тому времени, как мы можем увидеть саму волну» [6, с. 320].

Читайте так же:  Отчетность прихода и расхода

М. Бубер говорит о двух типах отношений: отношение «Я-Оно» и отношение «Я-Ты». Отношение «Я-Ты» — образец безманипуляционого отношения к человеку. «Я-Оно» — пример манипулятивных отношений. Ты выделяется из всех Оно (из всех Он или Она). Оно становиться для меня Ты, когда рождается «исключительность отношения», «неразделенное единство». Такое отношение — «колыбель Действительной Жизни», «Настоящее», «не молитва во времени, но время в молитве, не жертва в пространстве, но пространство в жертве», подлинная «встреча», проживаемая в «настоящем», «страдание и действие». «Ты не вещь для приобретения опыта, не средство для достижения цели»; Ты «заполняет все поднебесное пространство» [5]. Отношение «Я-Ты» создает любовь. Слово «Я-Ты» — это правдивое исповедальное слово, «слово-жертва» и «слово-риск». Отношения «Я-Ты» и «Я-Оно» настигают человека везде: во внутреннем диалоге, в межличностных отношениях, в общественных отношениях, в отношениях с духовными сущностями. Мир Ты — мир чистых отношений, мир любви, «связность средоточения». Абсолютное отношение — отношение внутреннего Ты и Бога, Ты, которое не может стать Оно. Отношение к другому как к Ты — отпечаток божественного отношения.

Выдающейся русский физиолог А.А. Ухтомский перенес свое учение о доминанте и на процесс межличностного общения. Он утверждал, что большинство людей, общаясь друг с другом, сконцентрированы на себе, своих проблемах, в других видят лишь своего Двойника (доминанта на Двойнике). «Плут и обманщик увидит плута и обманщика и тогда, когда перед ним пройдет Сократ или Христос: он не способен узнать Сократа или Христа и тогда, когда будет лицом к лицу с ними» [18, с. 368]. Доминанта на Двойнике должна быть заменена доминантой на Лице другого, которое «никогда не может быть средством для меня, но всегда должно быть моею целью»; оно «не мое, не я, совсем другое, и, однако, самое дорогое и любимое» [18].

Т.А. Флоренская рассуждает о диалоге с позиций христианской психологии [19, 20]: главным условием диалога является признание и опытное осознание «духовного Я» Другого, образа Божия в человеке, принятие его личности, основанное на убеждении в духовном достоинстве человека независимо от его наличного состояния (принятие наличного и духовного Я). Главной причиной трудностей межличностного общение Т.А. Флоренская считает эгоцентризм личности (гордыню), доминанту на «наличном я», а их преодоление связывает с восстановлением доминанты на другом, доминанты на «духовном я», которая ведет к духовному единению, но не слиянию, развитию целостности личности.

Нам представляется, что подлинный диалог, отмеченный всеми вышеназванными характеристикам, является исповедальным диалогом. Исповедальный диалог не оставляет места манипулированию, обнажает и уничтожает манипулятора.

Понятие исповеди принадлежит религиозному христианскому дискурсу. В христианской практики исповедь есть таинство покаяния в своих грехах перед Богом. По сути, это просьба Бога о прощении. Священник выступает здесь лишь как посредник в обращении кающегося в грехах с просьбой о прощении к Богу. Классическая православная формула, которая используется в современной греческой церкви, предписывает священнику заканчивать исповедь так: «Все, что ты исповедал моему ничтожеству, и все, что ты не смог сказать, по неведению или по забвению, да простит тебе Бог в сем мире и в ином… Будь спокоен, иди с миром» [9, с. 412]. Славянская формула гласит: «Да простит тебе, чадо [имя], Господь Бог наш Иисус Христос по милости и человеколюбию все твои прегрешения. Я же недостойный священник, властью, данной мне Господом, прощаю и отпущаю тебе все твои грехи» [10, c. 300]. Исповедуется здесь один человек — грешник, содержание такого «разговора» — осознанные им грехи. Священник не исповедуется перед грешником, он же может в случае необходимости прибегнуть и к «авторитарному» воздействию — наложить епитимью, например, какие-либо ограничения, молитвы, пост сверх положенного для всех срока, отлучение от причастия.

Таинство покаяния и исповедь обладает огромным психотерапевтическим эффектом. Кстати, похожим только менее регламентированным является общение клиента и психотерапевта: здесь также исповедуется только один человек — клиент. Это скорее примеры «исповедального монолога». Но, если прихожанин придет к священнику просто на беседу, у них может состояться исповедальный диалог. Можно сказать и так, исповедь — это диалог с Богом, а священник выступает здесь как помощник.

К исповедальному слову следует отнести и молитву. Митрополит Антоний Сурожский пишет о том, что под молитвой следует понимать прежде всего личные отношения с Богом, встречу Бога Живого и подлинного, искреннего человека. В молитве человек должен предстать перед Богом «реальным». «Не во множестве слов мы будем услышаны Богом, а в их правдивости. Обращаясь к Богу со своими собственными словами, мы должны говорить как можно более точно, стремясь не к краткости и не к пространности, а к правдивости» [14, с. 100]. И далее: «Вы, наверное, знаете, что между людьми встреча бывает глубокая, плодотворная только тогда, когда оба человека, которые встречаются, истинны, когда они встречаются, не скрывая, не защищая себя друг от друга. … Но когда два человека настороже или когда они притворяются, тогда встречи не бывает. … Разве мы не приходим к Богу часто как ряженные, разве мы не приходим к Богу, стараясь часто выглядеть так, как, мы думаем, Бог хочет, чтобы мы выглядели? … Притворство же нам пути к Богу не дает» [14, с. 303].

Об этом пишет и психолог Ф. Василюк, который рассматривает связь молитвы и переживания. «Чтобы переживание полноценно выразилось в молитве, человек должен посметь его открыть и суметь его открыть» [8, с. 121]. Актом молитвы человек в ответ на предельно обнаженный вопрос получает правдивый ответ, позволяющий изменить прежнюю экзистенциальную ситуацию.

В. Франкл говорил о том, что Бог для него — это, прежде всего, собеседник, с которым он предельно открыт, откровенен и ответственен в пределах утекающей жизни. «Что следует из того, что Бог выступает как подлинный свидетель и наблюдатель? Актер, стоящий на подмостках, точно так же не видит тех, перед кем он играет; его ослепляет свет софитов и рампы, а зрительный зал погружен в темноту. Тем не менее, актер знает, что он играет перед кем-то. Точно также обстоит дело и с человеком: выступая на подмостках жизни и ослепленный сверкающей на переднем плане повседневностью, он все же мудростью своего сердца всякий раз угадывает присутствие великого, хоть и незримого наблюдателя, перед которым он отвечает за требующееся от него осуществление его личного конкретного смысла жизни» [21, с. 128] Очевидно, таким собеседником может стать и ближний, рядом с тобой находящейся сейчас другой человек.

Понятия «исповедального слова» и «исповедального диалога» мы находим у М.М. Бахтина. В понимании М.М. Бахтина в ходе исповедального диалога (самовыражения, самовысказывания) человек раскрывает свое последнее слово о себе самом и своем мире, итог работы самосознания; после такого слова сказать ему уже нечего — он вычерпал себя, он все отдал на суд, он ничего не скрыл, он был обнажен до предела [2].

Философ М.С. Уваров говорит об универсальном культурно-историческом значении исповедального слова. Исповедальное слово находит свое выражение в религиозном, философском, художественном (музыка, поэзия, живопись и др.) контекстах. М.С. Уваров выделяет следующие основные формы проявления исповедального слова в культуре [17]: исповедь как вопрошание-к-Богу; исповедь как вопрошание-к-самому-себе; исповедь как вопрошание-к-себе-другому; исповедь как вопрошание к-себе-в-другом; исповедь как вопрошание-к-другому; исповедь как вопрошание к «свободе-жалости»; исповедь как форма художественного (эстетического) самовыражения.

Однако проблема исповедального диалога остается практически эмпирически не изученной в русскоязычной психологии. Близкими к обсуждаемому вопросу относятся проблемы «психологии доверия», «самораскрытия» и «самопрезентации».

Однако присутствие «доверия» и «самораскрытия» не подразумевают автоматически отсутствия манипулиции в общении. Т.П. Скрипкина отмечает, что в реальной жизни вообще редко присутствует абсолютное взаимное доверие. В связи с этим основными формально-динамическими характеристиками доверия являются мера, избирательность и парциальность: человек знает или прогнозирует «кому» и «что» он может доверить [15, с. 197-209]. Т.П. Скрипкина указывает на важность конгруэнтности или взаимности доверия собеседников. Подлинный диалог возможен только в том случае, если у обоих собеседников доверие к себе равно доверию другому. Опасность манипулирования таит в себе такое сочетание психологических позиций, когда один партнер по взаимодействию относится к себе и к другому как к ценности, а другой — как к ценности только к себе, или, когда у одного доверие к себе больше, чем доверие к другому, а у другого — к другому больше, чем к себе [15, с. 205-208].

Самораскрытие также нередко осуществляется с манипулятивными намерениями Самораскрытие может быть добровольным или принудительным, непосредственным и опосредованным, публичным или одному человеку или группе людей, личностным и ролевым, непреднамеренным и подготовленным [23]. И.П. Шкуратова называет основные характеристики самораскрытия: глубина, полнота и широта (которые вместе составляют объем самораскрытия), продолжительность, соотношение позитивной и негативной информации о себе (аффективные характеристики), гибкость (которая складывается из дифференцированности и избирательности) [23]. «Исследования зарубежных и отечественных психологов показали, что существуют открытые и закрытые темы. Открытые темы характеризуются высоким самораскрытием и содержат, как правило, нейтральную информацию об интересах и вкусах, отношениях и мнениях человека. К закрытым темам относят информацию о сексуальной сфере, о теле человека, его личностных качествах и финансах. Самораскрытие по этим темам является интимным, так как оно касается того, что человек больше всего скрывает»[23].

Для выяснения понимания исповедального диалога, выявления реальности его присутствия в «повседневной жизни» мы провели исследование (исследование помогала проводить Зайченко В.П.), в котором приняли участие 160 студентов инженерного и педагогического факультетов Барановичского государственного университета (г. Барановичи, Беларусь). Из них 128 девушек, что составляет 80% то общего числа исследуемых и 32 парня, что составляет 20% от общего числа. Студенты получили задание написать эссе на тему «Исповедальный диалог» по заданной инструкции. Для обработки полученных данных использовался метод контент-анализа. Все расчеты проведены с помощью программы SPSS v.13.0.

Контент-анализ текстов эссе позволил выделить следующие «житейские» определения понятия «исповедальный диалог»:

  1. предельно искреннее самораскрытие перед другим человеком, разговор о самом дорогом и сокровенном, актуальном здесь и сейчас; передача глубоких чувств и переживаний (27,6%). «Исповедальный диалог — это самое доверительное общение, когда человек стремиться выразить и разделить свои глубокие чувства и переживания»; «это разговор людей, между которыми нет ни барьеров, ни препятствий, нет фальши и обмана, нет неискренности и лицемерия, нет подхалимства и показухи»; «когда нужно открыто, искренне, не скрывая ни одной даже самой неприятной детали, рассказывать о себе, своих чувствах, мыслях, переживаниях, проблемах»; «исповедальный диалог — доверительная беседа о самом сокровенном»; «общение двух людей с максимальной искренностью»; «исповедь — душевный стриптиз» и т.п.
  2. раскрытие другому человеку своих проблем, неприятностей (22,8%). «Исповедальный диалог — возможность исповедаться, раскрыться, освободиться от чего-то наболевшего»; «исповедальный диалог веду, когда жизнь кажется пустой и серой, на душе — тоска, а проблемы растут как снежный ком»; «диалог тет-а-тет о наболевшем» и т.п.
  3. общение с Богом, таинство покаяния в храме (13,8%). «Исповедь — это церковное таинство, это озвучивание перед священником своих прегрешений, раскаивание перед Господом в содеянном»; «это высшая форма общения — общение с Богом»; «исповедальный диалог — это таинство, в котором верующий открывает устно свои грехи Богу в присутствии священника и получает через него прощение от самого Бога» и т.п.
  4. покаяние перед другим человеком (не в религиозном смысле) (13,8%). «Покаяние одного человека перед другим, единственный способ облегчить душу и очиститься»; «разговор двух людей, один из которых внимательно слушает, изредка задавая вопросы, а другой — чистосердечно признается в содеянном» и.т.п.
  5. раскрытие тайны, того, чего никто не знает (13,1%). «Исповедальный диалог — это какое-то душевное откровение или правильнее сказать раскрытие каких-то лабиринтов души, открытие чего-то сокровенного, тайного»; «наступает момент, когда тяжело что-то скрывать или хранить в своей душе от друзей, родных и близких, и тебе хочется все это рассказать»; «откровенный разговор на закрытую тему личного характера»; «исповедь-рассказ, о тех моментах жизни, которые никто не знает и т.п.
  6. внутренний диалог, общение с самим собой (11%). «Исповедальный диалог — это диалог с самим собой, таинство покаяния человеческой души»; «диалог с собой (Я-реального с Я-идеальным)»;. «когда я перед собой признаю свои ошибки и анализирую их» и т.п.

Респонденты указывают но острую жизненную необходимость в исповедальном диалоге, иметь собеседников для предельного доверительного общения. 54,4 % опрошенных отмечают в своих эссе, что у них случается такое общение, которое можно назвать исповедальным диалогом. Испытуемые отмечают избирательность лиц, с которыми ведутся исповедальные диалоги. «Для меня слово «исповедь» схоже с еще одним славянским словом «исподнее» — белье. Одежда, которую мы одеваем на голое тело и не выставляем на показ. Мы не перед всеми раздеваемся до исподнего, не всем показываем свое белье, а только близким людям, тем, кому мы доверяем. Точно также избирательно человек подходит и к собеседнику, с которым он намерен вести исповедальный диалог». При этом 22,5 % студентов указывают на то, что с разными собеседниками обсуждаются разные темы: то, что обсуждаешь с подругой, не всегда расскажешь маме, а то, о чем говоришь с мужем, не всегда доверишь близкой подруге. Часть опрошенных вообще указывает на то, что собеседников для исповедального диалога у них нету. 5,6 % респондентов признаются, что в своей жизни никогда не имели опыта вести исповедальный диалог.

На первом месте в качестве собеседников исповедального диалога респонденты отмечают друзей (35,6 %). «Мучает совесть — это к священнику или к психотерапевту, а вот когда «томиться душа» — не сомневается, не жалеет о содеянном, а колеблется, мучается, плачет, другими словами умирает медленно, то здесь, по-моему, постороненнему человеку делать нечего. В этой ситуации нужен хороший и верный друг. Такой, который, чтобы не случилось, не бросит и не предаст. У настоящей дружбы есть удивительное свойство: в ней никогда не возникает потребности изменить другого человека. Дружба прощает, прощает до конца. … Друг так хорошо знает меня или тебя, он почти Я, только больно ему чуть-чуть по-меньше. … С любовью теряется свобода, поэтому друзья были, есть и останутся нашими главными «душевными» докторами. Друзья судят друг друга по нравственным законам, потому что дружба основана на свободе. Это ее основное отличие от любви, будь то материнской или любви близкого тебе человека». Т.П. Скрипкина также отмечает, что именно дружба дает примеры самого доверительного общения, более доверительного, чем между влюбленными, озабоченными тем как произвести лучшее впечатление друг на друга, особенно на этапе установления отношений [15]. Это подтверждает и исследование И.П. Шкуратовой: общаясь со своим юношей, девушки стремятся, прежде всего, понравиться ему [22]. Лишь 13, 8 % учавствовавших в нашем опросе респондентов отметили в качестве собеседника исповедального диалога любимого человека (муж/жена, парень/девушка). Респонденты указывают на то, что близких друзей не бывает много. Как правило, это один-два человека.

Читайте так же:  Льгота на транспортный налог пенсионерам в якутии

На втором месте по количеству упоминаний в эссе — мама (26,9 %): «Мама. Вот перед ней, перед человеком, которая дала мне жизнь, я как перед священником могу рассказать все»; «только перед мамой я снимаю все «маски» и становлюсь собой»; «как хорошо, что у меня есть мама — мой советчик, мой спаситель, моя тихая гавань» и т.п. Только 6,9 % студентов, принявших участие в исследовании, отметили, что предельно искреннее общение у них может состояться с отцом. 12,5 % респондентов назвали в качестве собеседника брата или сестру, 16,3 % — других близких родственников (бабушка, дети, тетя, дядя).

22,5 % опрошенных студентов видят собеседником исповедального диалога незнакомого человека, прежде всего случайного попутчика. «Сам факт того, что я больше не увижу этого человека, позволяет мне спокойно выговориться. Здесь я начинаю полноценно думать и жить! Я на время снимаю с себя маску, «личину». Мой попутчик в одначасье становиться мне другом, товарищем, священником в конце концов»; «сразу же исчезает страх и боязнь того, что о тебе могут узнать из знакомого круга общения»; «в дороге, общаясь со случайным попутчиком, мы ведем себя, как два человека, встретившихся в пустыне»; «нас побуждает на диалог-исповедь с незнакомцем уверенность в том, что этого человека больше не встретишь, и можно, не таясь, рассказать ему все» и т.п.

Удивляет, сколько оказалось при обсуждении в исследовании людей знакомыми с церковным таинством исповеди: исповедовались однажды или делают это постоянно. 26,3 % респондентов назвали священника собеседником для исповеди, 15,0 % — Бога. Как мы уже писали выше, отношения с Богом в богословской литературе определяются как личные отношения, общение. Т. Флоренская писала о том, что там, где действительно происходит Встреча двух людей, незримо присутствует третий.

24,4 % называют «собеседником» свое «внутренне Я». «Лучшая подружка — это твоя подушка: она никому никогда ничего не расскажет»; «я бы сказала, что у меня происходит исповедальный, но не диалог, а монолог, когда я «про себя» внутренней речью проговариваю то, что чувствую, высказываю обиду, радуюсь, плачу, анализирую, слушаю свой внутренний голос»; «когда мне плохо, хочется выговориться, я вечером ложусь в постель, закрываю глаза, считаю от пятидесяти до нуля, представляю образ человека и разговариваю с ним мысленно» и т.п. Респонденты указывают на то, что исповедь это и своеобразная форма самовыражения: написание стихов, рассказов, ведение дневника, исполнение музыки. «Для меня, скорее всего, исповедь — это своеобразная форма самовыражения. Я веду свой исповедальный диалог со слушателем посредством музыкального слова. Если бы не музыка я, наверное, никому не смогла бы рассказать о своих душевных переживаниях». Г.М. Кучинский определяет внутренний диалог как «взаимодействие двух различных смысловых позиций, выражаемых речью одного говорящего, в отличие от внешнего диалога, в котором одна смысловая позиция создается речью одного партнера» [13, с. 32]. Г.М. Кучинский говорит о полиценрическом сознании, где субъектами внутреннего диалога выступают два голоса, два понимания, две смысловые позиции личности. Внутренний диалог может быть диалогом «чистых мыслей», «диалогом голосов», «диалогом персонажей». Внутренний диалог компенсирует дефицит «положительного» или переизбыток «отрицательного» общения с реальными собеседниками, а также выполняет защитные функции, сохраняя смысловую позицию личности.

В 23,1 % работ отмечено, что психолог может стать, а для 13,8 % студентов уже стал таким собеседником. Респонденты указывают, как правило, на то, что исповедальный диалог — это общение двух человек, высказывая иногда сомнения в том, что вряд ли возможна исповедь перед группой людей. Для 10,0 % опрошенных исповедальный диалог скорее напоминает монолог «исповедующегося». Возникает вопрос, возможен ли исповедальный диалог, когда общаются несколько человек? Ответ скорее утвердительный, если соблюдаются все условия «исповеди». Не случайно церковь знает не только индивидуальную, но и публичную исповедь. Именно за счет установления доверительной атмосферы и предельной исповедальности достигается и психотерапевтический эффект на психологических тренингах при групповой психотерапии.

Испытуемые предъявляют следующие требования к собеседнику исповедального диалога: доверие — 33,1%; гарантия сохранения конфиденциальности полученной информации- 25%; умение слушать — 24,4%; понимание — 21,3%; умение дать совет — 15%; поддержка — 11,3%; заинтересованность — 10,6%; слушатель «не должен осудить» — 10%; эмпатия («должен выразить сочувствие») — 8,1%; открытость — 5,6%; помощь — 5%; добропорядочность — 5%; честность — 3,1%; милосердие — 2,5%; симпатия — 1,9%.

Были выделены следующие условия исповедального диалога: «должна ощущаться доверительная обстановка» — 27,3%; «должна присутствовать открытость и заинтересованность с обеих сторон» — 22,2%; «собеседник должен принимать человека таким, какой он есть; должно присутствовать взаимопринятие друг друга» — 20,2%; «должно быть разделение собеседниками общих смыслов и ценностей жизни; должна быть похожесть друг на друга» — 14,2% и др.

Темы исповедального разговора могут быть самыми разнообразными. «Если же такие разговоры вошли в привычку, то темой может стать практически все, переживаемое сейчас либо ранее, переживания по поводу будущего, по поводу мыслей других людей и т.д.»; «темы у исповеди сплошь ситуативные, причем ситуация может быть «свежей», а бывает ей десятки лет, но она до сей поры не разрешилась» и т.п. Важным становиться прежде всего то, чтобы предмет разговора был актуальным, значимым для собеседников. Темой разговора может стать не только какая-либо проблема, но и радостное событие. 27,5 % респондентов указали, что исповедальный диалог может быть «обо всем, что тревожит на момент исповеди; ограничений нет». Среди наиболее часто упоминаемых тем диалога-исповеди: отношения в семье — 15%, проблемы на работе или в учебе — 15%; смысл жизни — 13,1%; любовь — 10,6%; сексуальные отношения — 7,5%; здоровье — 5,6%; старость — 5; смерть — 2,5%; наркотики — 1,9%; религия — 0,6%.

Отмечается роль молчания в исповедальном диалоге. Молчание позволяет оформить мысль, найти правильные слова. «Из опыта человеческих взаимоотношений все мы знаем, что любовь и дружба глубоки тогда, когда мы можем молчать друг с другом» [14, с. 9]. Проблема исповедального диалога связана с вопросами самообмана и понимания правды.

Главная функция исповедального диалога — психотерапевтическая: «возникает чувство легкости на душе» — 65,8%; «исчезает проблема» — 26,5%; «начинаешь осознавать свои проблемы» — 7,7%.

Испытуемые выделили препятствия, мешающие вступлению в исповедальный диалог: «страшно, что не поймут, засмеют, будут осуждать» — 26,2%; «тяжело высказать все» — 23,5%; «человек не внушает доверия; не располагает к исповедальному диалогу; не уверен в собеседнике» — 15,3%; «не хочу отвлекать человека, вдруг у него своих проблем хватает» — 12,2%; «у меня присутствует сильное чувство гнева, волнение» — 7,2%; «никто не вытягивает проблему; не вызывают на откровение» — 5%; «был горький опыт; меня предали» — 4,1%; «боязнь того, что с помощью полученной информации тобой будут манипулировать» — 3,1%; «трудно начать диалог; не умеем раскрывать свою душу» — 3,1%. «К сожалению, большинство из нас боятся быть откровенными даже с родными людьми. Мы думаем, что нас неправильно поймут, что мы будем выглядеть нелепо»; «мешает предположение, что обо мне подумают плохо, измениться мнение обо мне»; «открыться другому человеку достаточно сложно, так как может у него своих проблем «выше крыши»,может быть у него плохое настроение, и он не готов выслушать мои трудности»; «на самом деле люди могут говорить о многом, личном, интимном, о том, что их гложет и от чего страдают, но очень мало кому нужно более трезвое решение ситуации, правда, которая может быть так оскорбительна»; «когда знают двое — знают все» и т.п.

Возможно ли манипулятивное воздействие на собеседника в исповедальном диалоге? 10,6% опрошенных дают утвердительный ответ. «Через вопросы и проявление интереса, понимания и сочувствия собеседник, манипулируя твоим эмоциональным состоянием, невольно подталкивает, вызывает, стимулирует в какой-то мере, заставляет человека исповедаться, открыться»; «и почти всегда своим скулежом я вынуждаю собеседника давать именно те советы или утешать меня именно так, как я хочу, заставлять меня совершать определенные поступки и т.д., в общем, через другого человека я загоняю себя обратно в выдуманную мною такую удобную шкуру»; «доверие, как и любовь, — чувство, делающее нас абсолютно уязвимыми: нами можно манипулировать, нас можно даже «убить», мы сами кладем пистолет (информацию о себе) в руки убийцы» и т.п. Однако в данном случае речь следует вести уже собственно о манипуляции, а не об исповедальном диалоге. «Творчество» манипулятора изобретательно безгранично и может использовать самые разнообразные приемы.

Только14,4 % респондентов отметили в своих эссе возможность исповедального диалога в педагогическом взаимодействии. «При педагогическом взаимодействии высшей школе, я считаю, что исповедальный диалог возможен в исключительных случаях»; «с исповедальным диалогом в высшей школе я не встречалась, и думаю, что он не будет иметь место»; «не встречал я таких преподавателей, которым я смог бы раскрыть свою душу, свой внутренний мир». Полученные данные схожи с результатами исследования И.П. Шкуратовой: «Отношения с преподавателем носят совершенно особый характер. От него ждут помощи, совета, подтверждения правильности своего поступка, стремяться произвести на него приятное впечатление, перед ним единственным хотят оправдаться, но никаких попыток к эмоциональному самораскрытию не наблюдается. Более того, часть респонденток хочет соблюдать психологическую дистанцию между преподавателем и собой и говорить о себе только в случае необходимости: в ответ на расспросы или чтобы заполнить паузу» [22].

Т.В. Анохина говорит о «поддерживающем исповедальном диалоге», под которым понимается «интимно-личностное доверительное диалогическое общение, в котором взрослый отказывается от иллюзии «всепонимания» и лишь стремится к возможно большей правде и глубине диалога» [1, с. 103]. Автор подчеркивает отличие такого общения от «манипулятивного принуждения» в педагогике. Однако сфера допустимости применения подобного рода диалога отводится скорее деятельности воспитателя, классного руководителя в школе, которая приобретает характер индивидуального педагогического консультирования.

Действительно, следует признать, что возможности и перспективы исповедального диалога в педагогическом взаимодействии в большей степени вырисовыются за воспитательным процессом и затрудняются по мере взросления воспитанников. Очевидно, что настоящий исповедальный диалог не может возникнуть как деятельность. Перспективы исповедального диалога в педагогическом взаимодействия затруднительны пока педагогическое взаимодействие носит сугубо деловой характер, а педагог лишен конгруэнтности и авторитета. Когда в педагоге учащийся/студент увидит старшего друга, а не просто ретранслятора знаний, будет испытывать к нему доверие, возможен исповедальный диалог в педагогическом взаимодействии. Этого невозможно добиться без подлинной заинтересованности личностью учащегося/студента. Важным становиться вопрос об использовании педагогам диалоговых методов обучения, отказом от манипулятивгых стратегий и тактик взаимодействия.

Таким образом, под исповедальным диалогом мы предлагаем понимать такой диалог, в котором общающиеся по самым важным волнующим актуальным для них вопросам готовы высказать все, что думают и чувствуют без намерений что-либо скрыть, исказить, солгать и не имеют подозрений в том, что это может сделать их собеседник. Это общение без намерений манипулировать и без подозрений в манипулировании: диалог без манипуляций. Исповедальный диалог — диалог-откровение, взаимообмен искренностью. Это пример взаимного предельного доверительного самораскрытия. Мы употребляем понятие исповедального диалога не в религиозном смысле, а как лишенную взаимных манипуляций форму диалога. Человек сам определяет, когда общение (в какой ситуации, с кем, о чем) для него становиться исповедальным диалогом. Главное требование к собеседнику, которому человек «вручает» свою исповедь — доверие, главное требование к человеку, который «исповедуется» — открытость и искренность. Исповедальный диалог — встреча подлинных людей, экзистенциальный разговор.

Подводя итог, отметим, что человек, живя в мире манипуляций, нуждается в искреннем исповедальном общении. При этом одним из главных препятствий на пути к исповедальному диалогу становится страх быть отвергнутым, высмеянным, не понятым, страх, что правдивым словом будут манипулировать. Стремясь к предельно доверительному общению, человек опасается безгранично доверять. Это может развиваться по спирали: человек, догоняя, убегает, теряет, ища.

  1. Анохина Т. В. Поддерживающий исповедальный диалог // Новые ценности образования. Антропологический, культурологический и деятельностный подходы. Тезаурус. 2005. № 5.
  2. Бахтин М. М. Проблемы поэтики Достоевского. Изд. 3-е. М.: Изд-во «Худ-я лит-ра», 1972.
  3. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры. М.: Лист-нью, Центр общечеловеческих ценностей, 1997.
  4. Братченко С. Л. Межличностный диалог и его основные атрибуты // Психология с человеческим лицом: гуманистическая перспектива в постсоветской психологии / Под. ред. Д. А. Леонтьва, В. Г. Щур. М.: Смысл, 1997.
  5. Бубер М. Два образа веры. М.: Республика, 1995.
  6. Бьюдженталь Д. Наука быть живым: Диалоги между терапевтом и пациентом в гуманистической терапии. М.: Независимая фирма «Класс», 2005.
  7. Бьюдженталь Д. Искусство психотерапевта. СПб.: Питер, 2001.
  8. Василюк Ф. Молитва и переживание в контексте душепопечения // Московский психотерапевтический журнал. 2003. № 3.
  9. Евдокимов П. Православие. Пер. с фран.: С. Гриб. М.: Библейско-Богословский Институт св. Апостола Андрея, 2002.
  10. Епископ Диоклийский Каллист (Уэр) Православная церковь. Пер. с англ.: Г. Вдовина. Научн. ред-р А. Бодров. М.: Библейско-Богословский Институт св. Апостола Андрея, 2001.
  11. Ковалев Г. А. Психологическое воздействие: теория, методология, практика: автореф. … дис. д-ра психол. наук: 19.00.07.М., МГУ.1991.
  12. Куницына В. Н., Казаринова Н. В., Погольша В. М.. Межличностное общение. СПб.: Питер, 2003.
  13. Кучинский Г. М. Диалог и сознание личности // Психологический журнал. 2008. № 3.
  14. Митр. Антоний Сурожский. Школа молитвы. Клин: Христианская жизнь, 2006.
  15. Скрипкина Т. П. Психология доверия : учеб. пособие для студ. высш. пед. учебн. заведений. М.: Издательский центр «Academia», 2000.
  16. Тарелкин А. И. Манипуляции в педагогическом общении в высшей школе // Психология обучения. 2009. № 5.
  17. Уваров М. С. Архитектоника исповедального слова. М.: Алетейя, 1998.
  18. Ухтомский А. А. Доминанта. СПб.: Питер, 2002.
  19. Флоренская Т. А. Диалог в работе христианского психолога // Начала христианской психологии / Б. С. Братусь, В. Л. Волченков, С. Л. Воробьев и др. М.: Наука, 1995.
  20. Флоренская Т. А. Диалог в практической психологии: Наука о душе. М.: Гуманитарный издательский центр ВЛАДОС, 2001.
  21. Франкл В Человек в поисках смысла. М.: «Прогресс», 1990.
  22. Шкуратова И.П. Мотивация самораскрытия в межличностном общении [Электронный ресурс] — Режим доступа: http://flogiston.ru/articles/social/selfdisc. — Дата доступа: 25.06.2009.
  23. Шкуратова, И.П. Самовыражение личности в общении [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://flogiston.ru/articles/social/selfexpressiion_in_communication. — Дата доступа: 25.06.2009.
  24. Шостром Э. Анти-Карнеги, или Человек-манипулятор. Минск: ТПЦ «Полифакт», 1992.

«Психология обучения» (2009, № 9, С. 4-19)