Актуальность темы договор

18.10.2018 Выкл. Автор admin

Договор поручения в гражданском праве Российской Федерации тема диссертации и автореферата по ВАК 12.00.03, кандидат юридических наук Сайфутдинов, Айдар Анварович

Оглавление диссертации кандидат юридических наук Сайфутдинов, Айдар Анварович

Глава 1. Место договора поручения в системе гражданско-правовых договоров.

§ 1. Правовая природа договора поручения.

§ 2. Правовое регулирование отношений по поручению .

§ 3. Виды договора поручения. Соотношение договора поручения со смежными правовыми конструкциями.

Глава 2. Элементы договора поручения. Заключение, изменение и прекращение договора поручения.

§ 1. Элементы договора поручения, их взаимосвязь.

§ 2. Юридические процедуры заключения, изменения и прекращения договора поручения.

Глава 3. Применение договора поручения для оформления представительских отношений в публично-правовой сфере.

§1. Применение договора поручения для оформления представительских отношений в области действия отдельных отраслей материального публичного права.

§ 2. Применение договора поручения для оформления представительских отношений в области действия отдельных процессуальных отраслей.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему «Договор поручения в гражданском праве Российской Федерации»

Актуальность темы исследования обусловлена тем, что договор поручения довольно широко применяется на практике, в том числе и в области предпринимательства. Данный договор позволяет разрешать вопросы, связанные с оказанием соответствующей юридической помощи гражданам и организациям. В частности, договор используется для организации судебного представительства в судах общей юрисдикции , арбитражных и третейских судах. Например, он может быть заключен с участием обычного гражданина , с одной стороны, и адвоката , с другой стороны. При этом « адвокатский » договор поручения по своему элементному составу в некоторой степени отличается от иных подобных договоров.

Вообще, договор поручения, исходя из особенностей его предмета, может использоваться как в области частного, так и в области публичного права. Это относительно самостоятельные правовые сферы применения данного договора. Кроме названного судебного представительства, договор поручения выступает как довольно распространенное основание представительства перед иными публичными органами власти, в частности, рассматривающими дела из административных правонарушений.

Существенное распространение договорных отношений по поручению на практике, в том числе в коммерческом и ином предпринимательском обороте, находит свое проявление не только в позитивном, но и в негативном аспекте. В положительном значении — это расширение области возможностей лиц, выступающих в роли доверителей за счет появления лица (лиц), действующих от их имени ( поверенных ). В негативном смысле такое проявление должно быть связано с ростом числа юридических конфликтов в области применения договора поручения. Однако практика свидетельствует, что в сравнительном отношении, например, относительно споров по купле-продаже, в том числе и поставке, конфликты по договору поручения занимают, например в судебно-арбитражной практике, далеко не первое место. Так, первой инстанцией Арбитражного суда Республики Татарстан за 2003 год разрешено три дела, связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора поручения (по поставке — 2238 дел), за 2004 год — шесть дел (по поставке — 2824 дела), за 2005 год — пять дел (по поставке — 3700 дел)1. Возможным обоснованием такой практики могут быть как известная сравнительная стабильность договора поручения, связанная с его фидуциарностью , так и развитие опыта разрешения споров во внесудебном порядке.

С учетом необходимости сохранения стабильного и эффективного гражданского оборота, повышения роли гражданско-правовых механизмов охраны нарушенных субъективных гражданских прав полагаем, что все эти тенденции практики применения договора поручения должны получить соответствующие научные характеристики.

Степень научной разработанности темы. В советский период к данной тематике обращался в своем диссертационном труде А.В.Клигман2. В настоящее время проблематику договора поручения можно охарактеризовать как довольно слабо разработанную в современной отечественной цивилисти-ческой науке с учетом действующего законодательства, сложившейся практики его применения и состояния доктринальных исследований. Одной из причин такого положения, по мнению диссертанта, выступает относительно малый объем правового регулирования договорных отношений по поручению .

Тем не менее юридическая наука традиционно уделяет значительное внимание смежным с договором поручения вопросам правового регулирования. Так, значительной разработке подвергалась проблема действия в чужом интересе без поручения (Д.О.Алексеенко, Д.А.Балыкин, Е.Н.Егорова, Е.О.Харитонов и др.). Юридическая категория « представительство » анализировалась практически на всех этапах развития российской цивилистики (В.К.Андреев, Е.Л.Невзгодина, Ю.Б.Носкова, Н.А.Субботин и др.), а также в науке гражданского процессуального права (В.Н.Ивакин, Е.Г.Лисицына,

1 См.: Материалы архива Арбитражного суда РТ за 2003,2004,2005 г.г.

2 Клигман A.B. Договор поручения (с участием граждан ). — Дис. . канд. юрид . наук. — М., 1985. -164 с.

С.А.Халатов и др.). Ряд современных диссертационных работ посвящен научным характеристикам коммерческого представительства (А.В.Гришин, М.В.Карпычев, С.А.Кузнецов, С.В.Мельник). При этом работа А.В.Гришина выполнена в межотраслевом аспекте — гражданско-правовом и уголовно-правовом, что подтверждает научную целесообразность обращения к подобным аспектам представительства, а также поручения и в дальнейшем. Для исследования договора поручения все эти работы по смежным правовым проблемам ценны тем, что в них анализировались отдельные аспекты договорных отношений по поручению.

На сегодняшний день, несмотря на значительное распространение на практике договорных отношений по поручению, имеются лишь отдельные работы, посвященные некоторым конкретным вопросам договора поручения (Э.Г.Гайдук, С.Крылов, Л.В.Санникова, М.Н.Сафонов и др.). Однако комплексного научного исследования этих отношений с учетом современного состояния доктрины и юридической практики не проводилось. При этом неисследованными остаются проблемы межэлементной взаимосвязи в структуре договора поручения, вопросы соотношения данного договора со смежными правовыми явлениями, влияния публично-правовой сферы на частноправовую область отношений по поручению и ряд других. Таким образом, тематика правового регулирования договорных отношений по поручению требует своего дальнейшего научного осмысления, что позволяет сформулировать следующие цель и задачи исследования.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования является осуществление комплексного научного анализа современного состояния правового регулирования договорных отношений по поручению в гражданском праве Российской Федерации с учетом места этого регулирования в общей системе гражданско-правового регулирования, складывающейся юридической практики, состояния доктринальных исследований в данной области.

В рамках обозначенной цели диссертант ставит следующие задачи:

1) на базе адекватных доктринальных положений, законодательства и практики исследовать существующие представления о правовой природе договора поручения;

2) рассмотреть особенности правового регулирования отношений по поручению и выработать комплекс предложений по его совершенствованию;

3) на основе действующего законодательства и практики его применения произвести классификацию договора поручения;

4) выявить соотношение исследуемого договора со смежными правовыми конструкциями;

5) проанализировать элементную структуру договора поручения и выявить специфику взаимосвязи между отдельными элементами данного договора;

6) рассмотреть состояние и динамику действия норм о формировании и прекращении договора поручения, включая и процедурную сторону их реализации;

7) исследовать особенности применения договора поручения для оформления представительских отношений в публично-правовой сфере — в области действия некоторых отраслей материального публичного права и отдельных процессуальных отраслей;

8) осуществить анализ влияния публично-правовой сферы на правовое регулирование отношений по поручению.

Объект и предмет исследования. Объектом настоящего диссертационного труда выступают нормы законодательства о договоре поручения в их развитии и соотношении смежными правовыми нормами (о представительстве и др.), практика применения данных норм. В свою очередь, предмет исследования — это договор поручения как динамическое, структурированное правовое явление.

Теоретической и методологической основой диссертации послужили научные исследования в области теории государства и права, гражданского права, предпринимательского права, налогового права, ряда отраслей процессуального права.

Теоретическую базу настоящей диссертации составили труды С.С.Алексеева, В.К.Андреева, М.И.Брагинского, В.В.Витрянского, А.Гордона, А.Я.Курбатова, Д.И.Мейера, Е.Л.Невзгодиной, В.А.Рясенцева, Е.А.Суханова, Г.Ф.Шершеневича и др., а также зарубежных ученых Х.Брокса (Вгох), К.Ларенца (Larenz), В.Канариса (Canaris), В.Флюме (Flume) и др.

В качестве методологической основы работы использованы методы системно-структурного анализа правовых явлений, диалектический, формально-логический, сравнительно-правовой и некоторые другие. Наряду с этим автор применял и межотраслевой метод юридических исследований, в частности, в главе 3 диссертации.

Научная новизна диссертации заключена в том, что в диссертационном труде разработана авторская концепция правового регулирования договорных отношений по поручению, включающая в себя:

— выделение стадий существования договора поручения (его динамики);

— обоснование межэлементной связи в структуре договора поручения;

— необходимость применения специального метода научного правового анализа — исследование договора поручения в межотраслевом аспекте, с позиций гражданского права и иных смежных правовых отраслей;

— учет влияния публично-правовой сферы на договор поручения и выделение форм такого влияния;

— определение возможных путей совершенствования существующего правового регулирования договорных отношений по поручению и тесно связанных с ними отношений.

Научная новизна диссертации выражается также в следующих положениях, выносимых на защиту:

1. В настоящее время возникли все предпосылки для признания концепции правовой природы отношений по поручению как своеобразной разновидности отношений по выполнению работ и оказанию услуг. При этом развитие отношений по поручению строится по схеме «подрядные отношения — отношения по возмездному оказанию услуг — иные отношения по оказанию услуг» (представительские отношения, отношения по хранению, отношения по перевозке и др.). Учитывая « экстраординарный характер » отношений по возмездному оказанию услуг ( законодатель ограничивает возможности применения норм о возмездном оказании услуг специально оговоренными в законе случаями и редкими исключениями, прямо не урегулированными в законе), можно говорить о развитии отношений по представительству, в том числе отношений по договору поручения, из подрядных отношений. В этом видится важное практическое значение, поскольку правовое сходство отношений по поручению и по подряду предполагает возможность развития отношений по поручению по подобию развития подрядных отношений.

Договор поручения носит основополагающий характер для всех иных договоров представительского характера: для договора агентирования , договора доверительного управления имуществом, договора коммерческой концессии и др. В связи с этим нормы договоров представительского характера должны развиваться и законодательно формироваться в соответствии с положениями законодательства о поручении .

Законодателем оставлен открытым вопрос о содержании категории « юридические действия ». Отнесение их к области « действий, которые влекут за собой юридические последствия », таких как возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, вряд ли допустимо в связи с формулировкой категории сделки в ст. 153 ГК РФ. Однако сам законодатель четко разграничивает « юридические действия » и « сделки », (на примере определений по ст. 971 ГК РФ и 990 ГК РФ). Область « юридических действий » можно считать включающей в себя, наряду со сделками , иные действия, которые, не являясь сделками в смысле ст. 153 ГК РФ, могут иметь для сторон юридическое значение. Примером служит выступление уполномоченного лица в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском, административном судопроизводстве в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и судопроизводстве по делам об административных правонарушениях, а также представителя интересов доверителя в органах государственной власти, органах местного самоуправления . Подобные действия порождают юридические последствия, не являясь классическим отражением содержания ст. 153 ГК РФ.

Кроме непосредственно самих « юридических действий » поверенный вправе совершать т.н. фактические действия, что не изменяет сущности договора поручения и не позволяет смешать его предмет с предметом договора агентирования по ст. 1005 ГК РФ. Выполнение поверенным юридических действий (совершение той же самой сделки с третьим лицом) сопровождается, как правило, одновременным фактическим участием поверенного своими действиями в процессе совершения сделки.

Договор поручения имеет так называемую двухкомпонентную правовую природу. Эта специфика предопределяется выделением в едином отношении по поручению т.н. внутреннего и внешнего правоотношений . Если внутреннее правоотношение связывает доверителя и поверенное лицо при помощи конструкции гражданско-правового договора (в смысле ст. 971 ГК РФ), то внешнее обусловливает возможность возникновения юридических связей при помощи конструкции доверенности как односторонней сделки в смысле ст. 185, п. 2 ст. 154, ст. 155, ст. 156 ГК РФ. При этом сам гражданско-правовой договор поручения можно рассматривать в качестве поручения в узком смысле, тогда как уполномочие в форме доверенности в совокупности с имеющимся гражданско-правовым договором поручения следует обозначить как поручение в широком смысле. Данный тезис о разграничении внутренней и внешней сторон отношений по поручению становится важным уже в связи с существованием проблемы о достаточности для возникновения отношений по представительству в рамках поручения: (1) одной лишь доверенности (заменяет ли доверенность как односторонняя сделка собою договор поручения), (2) одного лишь договора поручения, заключенного в письменной форме (заменяет ли договор поручения в этом случае доверенность). Следует признать, что договор поручения, содержащий в себе те элементы, которые являются обязательными для доверенности (ст. 185 ГК РФ), но при этом содержащий и иные положения, свойственные уже самому договору поручения (цена услуг, ответственность сторон и др.), может заменить саму доверенность. Дополнительным аргументом здесь может служить и положение абз. 1 п. 3 ст. 184 ГК РФ, согласно которому «коммерческое представительство осуществляется на основании договора, заключенного в письменной форме и содержащего указания на полномочия представителя, а при отсутствии таких указаний — также и доверенности». Учитывая характер сферы применения коммерческого представительства, можно сделать вывод о том, что законодатель в абз. 1 п. 3 ст. 184 ГК РФ допускает ситуацию, когда договор представительства (и прежде всего договор поручения) заменяет собой доверенность. Главное, как это следует из указанного нормативного положения, договор должен содержать все необходимые, существенные элементы письменного уполномочия — доверенности.

2. Применительно к каждому договору, в том числе и договору поручения, следует выделить два блока его особенностей, характерных только для данного договора (его типа и (или) вида), определяющих единое нормативное правовое представление о том или другом договоре, отраженное в действующем законодательстве:

— элементные особенности договора — специфику его субъектного состава, содержания и формы (в случаях, определенных законом, также и нормативное требование о государственной регистрации);

— внеэлементные нормативно оформленные особенности договора -специфику его заключения, изменения и прекращения , особенности договорной ответственности, нормативно сформулированные классификации договоров, особенности нормативного правового регулирования соответствующих договорных отношений. и

Все данные особенности договоров имеют следующее значение: они определяют логику построения нормативного материала в главах и параграфах второй части ГК РФ об отдельных типах и видах договоров, позволяют определить соотношение между договорами, являются основой методики анализа конкретной договорной конструкции на практике.

3. Межэлементная связь в структуре гражданско-правового договора, в том числе и в договоре поручения, выражается в том, что субъектный состав договора определяет его содержание, а оба этих элемента в совокупности являются определяющими для его формы. В частности, это подтверждается тем обстоятельством, что для договоров с участием субъектов предпринимательской деятельности (поставка, финансовая аренда и другие) законодатель в ГК РФ предусматривает известную специфику их содержания.

4. Правовые сферы поручения и представительства выступают как од-нопорядковые и относительно самостоятельные правовые явления, оказывающие взаимное влияние друг на друга. При этом представительство возникает, в том числе, и на основании поручения, а само представительство, прежде всего, в публично-правовой сфере ( таможенной , налоговой, процессуальной и другой), специфика которого обусловлена особенностями реализации соответствующего юридического интереса, может оказывать влияние на формирование элементной структуры договорной конструкции поручения.

5. Статус ликвидатора, указанного в ст. 979 ГК РФ, может быть двояким: он может выступать как орган ликвидируемого юридического лица (его структурная часть) и как самостоятельный в юридическом отношении субъект, выполняющий функции ликвидатора — индивидуальный предприниматель или юридическое лицо. В последней ситуации ликвидатор имеет черты сходства с управляющим (управляющей организацией).

6. Заместитель поверенного по отношению к сторонам договора поручения по своему статусу выступает в роли третьего лица. При этом лицо имеет статус заместителя до его вступления в договор поручения в качестве поверенного.

7. Автор предлагает по способу назначения заместителя поверенного классифицировать передоверие на два вида: уполномоченное передоверие, когда поверенный заранее уполномочен на передоверие с определением заместителя; единоличное передоверие, в рамках которого поверенный сам избирает заместителя. Право доверителя на отвод заместителя существует только при единоличном передоверии .

8. Развивая положения отечественной правовой доктрины о предмете договора поручения, диссертант делает вывод о существовании трехзвенной структуры предмета договора поручения — это юридические действия как не связанные, так и связанные с « нарушенной » сферой доверителя и направленные на: (1) возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей ; (2) осуществление и исполнение существующих прав и обязанностей; (3) организацию юридической защиты доверителя.

В договоре поручения с участием адвоката его специальные полномочия, прямо указанные в законе (соответствующие виды юридических действий), включаются в предмет договора поручения, даже если они и не оговорены договором.

Специфика формы договора поручения обусловлена, в основном, двумя обстоятельствами: во-первых, использованием в отношениях по поручению доверенности, во-вторых, участием в этом договоре коммерческого представителя. Во втором случае письменный характер договора поручения выступает прямым следствием особого субъектного состава данного договора. В этом проявляется специфика межэлементной связи в договоре поручения.

Читайте так же:  Исковое заявление о признании квартиры жилым домом

9. Констатируя противоречие между п. 1 ст. 972 ГК РФ и ст. 575 ГК РФ, диссертант полагает, что эта коллизия в современных условиях должна решаться на основании правила о соотношении общей и специальной нормы в пользу предписания п. 1 ст. 972 ГК РФ. Таким образом, договор поручения в сфере предпринимательства может носить и безвозмездный характер, если это прямо предусмотрено договором. Для устранения данной нормативной коллизии автор предлагает в ст. 575 ГК РФ предусмотреть следующие изменения: «4) в отношениях между коммерческими организациями, если иное не предусмотрено законом».

10. С целью усиления охраны права поверенного на вознаграждение в возмездном договоре поручения и соблюдения общеправового принципа равенства всех перед законом диссертант предлагает распространить правило п. 3 ст. 972 ГК РФ (об удержании коммерческим представителем) на все случаи возмездного поручения. Для этого целесообразно п. 3 ст. 972 ГК РФ изложить в следующей редакции: «Поверенный вправе в соответствии со статьей 359 настоящего Кодекса удерживать находящиеся у него вещи, которые подлежат передаче доверителю , в обеспечение своих требований по возмездному договору поручения».

11. Особенности изменения договора поручения обусловлены фидуциарными характеристиками данного соглашения:

— низкая эффективность применения таких общих оснований изменения или расторжения договора, как изменение (расторжение) по требованию одной из сторон по решению суда в случаях существенного нарушения договора, в иных случаях, предусмотренных законом или договором (ст. 450 ГК РФ), а также в связи с существенным изменением обстоятельств (ст. 451 ГК РФ);

— специальной формой изменения договора поручения выступает выдача доверителем новой доверенности и ее принятие поверенным. При этом в составе юридической процедуры изменения договора тут нужно выделять этапы, связанные с оформлением доверителем доверенности, ее передачей поверенному, принятием последним данного документа и началом осуществления полномочий по ней.

В отношении оснований прекращения договора поручения, как и в ситуации с формой данного договора поручения, необходимо применять общие правила о доверенности. При этом договор поручения следует считать прекращенным в случае прекращения не только физического, но и юридического лица. Соответственно, п. 1 ст. 977 ГК РФ можно предложить полностью исключить как норму, дублирующую содержание п. 1 ст. 188 ГК РФ.

В случае реализации процедуры одностороннего прекращения договора поручения момент его прекращения определяется как момент, когда контрагент узнал или должен был узнать о прекращении договора поручения.

12. В рамках предлагаемой концепции совершенствования правового регулирования отношений по поручению диссертант обосновывает необходимость осуществления законодательных нововведений в следующие положения Гражданского кодекса РФ: ст. 310, абз. 2 п. 1 ст. 63, п. 2 ст. 185, ст. 575, ст. 971, п. 3 ст. 972, абз. 4 ст. 974, п. 1 ст. 975, ст. 977, п. 1 ст. 978, ст. 979, а также изменения в ст. 54 ГПК РФ.

Теоретическая и практическая значимость проведенного исследования обусловлены его научной новизной. Теоретическая значимость выражается в том, что в диссертации выработана авторская концепция договора поручения, учитывающая взаимосвязи данного правового явления с иными правовыми отраслями. Кроме того, сформулированные в диссертационной работе выводы и положения позволяют автору внести собственный вклад в решение ряда дискуссионных вопросов правового регулирования отношений по поручению и могут быть использованы в дальнейших научных исследованиях отдельных гражданско-правовых договоров и других цивилистических явлений, в частности, категории « представительство ».

Практическая значимость работы состоит в возможности использования выводов и положений диссертационного исследования для цели совершенствования действующего гражданского законодательства, регулирующего отношения по поручению, а также судебной и иной юридической практики его применения. В частности, эти выводы целесообразно использовать в практике заключения, изменения, исполнения и прекращения договоров поручения. Наряду с этим, диссертационные выводы и положения допустимо применять в учебном процессе высших учебных заведений для цели преподавания дисциплин « Гражданское право », « Предпринимательское право », других дисциплин и специальных курсов гражданско-правового цикла.

Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена на кафедре гражданского и предпринимательского права Казанского государственного университета, где было проведено ее рецензирование и обсуждение. Основные положения диссертационного исследования нашли отражение , в монографии, статьях автора, а также в выступлениях на научных конференциях: Всероссийской научно-практической конференции студентов и аспирантов « Новые ценности современной России » (Казань, 12 мая 2006 года); Всероссийской научно-практической конференции « Гражданское общество и правовое государство в России: становление и развитие » (Казань, 19 мая 2006 года); Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы гражданского права и процесса, посвященной памяти и 70-летию со дня рождения профессора Я.Ф.Фархтдинова» (Казань, 12-13 октября 2006 года), теоретическом семинаре кафедры гражданского и предпринимательского права Казанского государственного университета, в практической деятельности диссертанта.

Структура диссертации обусловлена целью и задачами диссертационной работы, которая по своей структуре состоит из введения, трех глав, объединяющих семь параграфов, заключения, а также списка источников. Заключение диссертации содержит весь объем выводов осуществленного исследования.

Заключение диссертации по теме «Гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право», Сайфутдинов, Айдар Анварович

Проведенное исследование отечественного правового регулирования договорных отношений по поручению позволяет подвести итог диссертационного исследования и сделать ряд выводов и предложений по совершенствованию действующего законодательства. Для удобства восприятия эти выводы и предложения сформулированы нами по главам диссертационного исследования.

Договор дарения в российском гражданском праве текст автореферата и тема диссертации по праву и юриспруденции 12.00.03 ВАК РФ

АВТОРЕФЕРАТ ДИССЕРТАЦИИ

МВД России Санкт-Петербургский университет

На правах рукописи

СИЗОВА Наталья Владимировна

ДОГОВОР ДАРЕНИЯ В РОССИЙСКОМ ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ

гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Диссертация выполнена на кафедре гражданского права и процесса Байкальского государственного университета экономики и права

кандидат юридических наук, доцент Белькова Елена Геннадьевна

доктор юридических наук, профессор Запорожец Аркадий Митрофанович; кандидат юридических наук Бычкова Елена Николаевна

Орловский юридический институт МВД России

Защита состоится «_»_2004 г. в_час. на заседании диссертационного совета Д 203.012.02 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук в Санкт-Петербургском университете МВД России (198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д.1).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Санкт-Петербургского университета МВД России (198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д.1).

Автореферат разослан «_»_2004 г.

диссертационного совета Д 203.012.02 доктор юридических наук, профессор

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Правовое регулирование отношений, связанных с дарением, было известно еще российскому дореволюционному гражданскому праву. Свод Законов Гражданских относил дарение к способам приобретения прав, что вызывало различные взгляды на его природу. К началу XX века был разработан Проект Гражданского Уложения, в котором дарение уже определялось как договор и содержалось более подробное его регулирование. Однако в силу событий 1917 года данный Проект так и не был принят как нормативный акт.

Советское гражданское законодательство, закрепив дарение как договор, содержало весьма скудное по сравнению со Сводом Законов Гражданских и Проектом Гражданского Уложения количество соответствующих норм. В Гражданском кодексе РСФСР 1922 г. дарению была посвящена всего одна статья (138), которая содержала определение договора дарения и требования к его форме, а Гражданский кодекс 1964 г. в отношении дарения ограничился двумя статьями (256, 257).

С принятием второй части Гражданского кодекса РФ1 1996 г. правовое регулирование отношений, связанных с дарением, по сравнению с ранее действовавшими Гражданскими кодексами существенно изменилось. В целом можно отметить, что действующий ГК РФ более детально регламентирует соответствующие отношения и содержит много новелл.

Во-первых, существенно расширен предмет договора дарения, что позволяет дарителю безвозмездно передавать одаряемому вещи в собственность, а также имущественные права (требования) к себе или к третьему лицу либо освобождать одаряемого от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Во-вторых, действующий ГК РФ по сравнению с прежним закрепляет возможность заключать договор дарения и как реальный, и как консенсуальный договор.

Кроме этого, закон впервые предусматривает определенные ограничения и запрещения дарения в зависимости от того, что выступает в качестве дара, субъектного состава договора и других условий.

1 СЗ РФ. 1996. № 5. Ст. 410

В-четвертых, в качестве новеллы в гражданском законодательстве можно назвать право отказа дарителя от исполнения договора обещания дарения, и право отказа одаряемого принять дар. Также закон предусматривает возможность отмены дарения по указанным в нем основаниям.

Наконец, ГК РФ особо выделяет такой вид договора дарения как пожертвование, то есть дарение вещи или права в общеполезных целях.

Данные нововведения, предусмотренные действующим ГК РФ, бесспорно, свидетельствуют об актуальности выбранной темы и требуют тщательного исследования.

Кроме того, представляет интерес особый характер отношений, регулируемых нормами о дарении. Данные отношения, как правило, являются лично-доверительными, возникают из чувства благодарности дарителя к одаряемому и могут продолжаться после дарения. Важная характеристика опосредуемых дарением отношений заключается также и в том, что через них происходит безвозмездный переход имущественных благ от одних субъектов к другим, который, как уже указывалось, чаще всего основывается на личных симпатиях дарителя к одаряемому. Особенность этих отношений во многом и обусловливает специфику правового регулирования дарения.

Несмотря на более подробное по сравнению с ранее действовавшим гражданским законодательством, правовое регулирование отношений, связанных с дарением, нельзя не указать на некоторые проблемы, возникшие с введением новых положений, а также на явные пробелы законодательства. Так, существенное расширение предмета договора дарения, предусматривающего безвозмездную передачу дарителем вещи или имущественного права требования к третьему лицу, освобождение от имущественной обязанности одаряемого перед собой или перед третьим лицом, вызвало проблему отграничения дарения от таких институтов гражданского права, как прощение долга, уступка права требования, перевод долга. Такие спорные вопросы возникли и в науке гражданского права, и в практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

В качестве пробелов действующего гражданского законодательства, регулирующего отношения, связанные с дарением, можно указать, в частности, следующее. В главе 32 ГК РФ не содержится специальных норм об ответственности сторон, за ис-

ключением оснований ответственности, закрепленных в ст. 580 ГК РФ, при причинении вреда жизни, здоровью или имуществу одаряемого гражданина вследствие недостатков подаренной вещи. Вследствие этого подлежат применению общие правила главы 25 ГК РФ об ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств. Ввиду этого требуется исследование применения общих положений об ответственности к договору дарения.

Также законодатель, закрепив в ст. 578 ГК РФ основания отмены дарения, не предусмотрел ее последствия, за исключением обязанности возвратить подаренную вещь, если она сохранилась в натуре к моменту отмены дарения (п. 5 ст. 578 ГК РФ). Аналогичное же правило отсутствует и при отмене пожертвования.

В целом следует заметить, что отсутствует комплексное исследование всех проблемных вопросов, связанных с дарением, нуждающихся в связи с этим в изучении и выработке путей по их решению.

Целью диссертационного исследования является комплексное изучение механизма правового регулирования отношений, связанных с дарением и пожертвованием, анализ дискуссионных вопросов в данной сфере, проблем, возникающих в правоприменительной деятельности при реализации соответствующих норм, а также выработка рекомендаций по совершенствованию законодательства.

Для достижения данной цели были поставлены следующие задачи:

— определение правовой природы дарения и выявление основных его признаков для разграничения дарения и других институтов гражданского права;

— определение специфики договора дарения, выражающееся в его характеристике как договора;

— исследование особенностей правового регулирования договора дарения;

— разработка рекомендаций по устранению недостатков и совершенствованию действующего гражданского законодательства в области правового регулирования отношений, связанных с дарением и пожертвованием.

Объектом исследования являются отношения, складывающиеся при дарении, пожертвовании и некоторые аспекты других

отношений, возникающих, в частности, при уступке права (требования), переводе долга, прощении долга.

Предметом исследования служит действующее законодательство Российской Федерации, правоприменительная практика, касающаяся дарения, положения зарубежного законодательства (Германское Гражданское Уложение). Также изучались положения российского гражданского законодательства и права дореволюционного, советского периодов и исследования ученых-цивилистов. Кроме этого, в процессе работы обобщалась и анализировалась практика Высшего Арбитражного Суда РФ и Федерального Арбитражного Суда Восточно-Сибирского округа.

Теоретическая основа исследования. Дарению в юридической литературе уделялось достаточное внимание, но большей частью дореволюционными учеными-цивилистами. В советский период анализ договора дарения в основном излагался в учебниках по курсу гражданского права, либо в комментариях к Гражданским кодексам. На современном этапе в связи с принятием в 1996 году второй части ГК РФ, содержащего существенные новеллы по сравнению с прежним законодательством, дарение было подвергнуто исследованию, как и другие положения нового кодекса в целом. В основном дарение анализировалось в учебной литературе, по гражданскому праву, комментариях ко второй части ГК РФ, а также в периодических изданиях. Кроме того, некоторые вопросы, касающиеся дарения, были затронуты учеными при исследовании других актуальных проблем гражданского права.

— Наиболее подробный анализ дарения был проведен В.В. Вит-рянским в рамках книги «Договорное право. Книга вторая: Договоры о передаче имущества». Также, тщательному исследованию дарение было подвергнуто Р.А. Максоцким в работе «Возмезд-ность и безвозмездность в современном гражданском праве». Однако монографического исследования, посвященного дарению, с комплексным анализом всех особенностей данного правового института пока не появилось.

Итак, в процессе работы над диссертацией использовались труды таких ученых-цивилистов дореволюционного, советского, а также современного периодов, как: С.С. Алексеева, К.Н. Анненкова, М.И. Бару, М.И. Брагинского, В.В. Витрянского, К.А. Граве, В.В. Груздева, А.Н. Гуева, А.М. Гуляева, И.В. Елисеева, О.С. Иоффе, А.Ю. Кабалкина, В.И. Кофмана, П.В. Крашениннико-

ва, О. Ломидзе, А.Л. Маковского, Р.А. Максоцкого, М.Н. Малеиной, М.Г Масевич, Д.И. Мейера, К.П. Победоносцева, НА Полетаева, Ю.В. Романца, О.М. Свириденко, ВТ. Смирнова, Е.А. Суханова, М.В. Телюкиной, Ю.К. Толстого, Н.Н. Товстолеса, И.М. Тютрюмо-ва, Б. Б. Черепахина, Г.Ф. Шершеневича, О.Ю. Шилохвоста, З.И. Шкундина, А.М. Эрделевского и других.

Методологическую основу исследования составили общенаучный (диалектический) метод познания в сочетании с такими частнонаучными методами, как: метод системного и комплексного подхода, анализа и синтеза, исторический, логический методы, а также сравнительно-правовой и технико-юридический методы.

Научная новизна исследования состоит в том, что настоящая работа является первой попыткой комплексного исследования договора дарения и такой его разновидности, как пожертвование, содержащей предложения по устранению недостатков и пробелов действующего гражданского законодательства. В частности, в данной работе содержится новый аргумент, характеризующий правовую природу дарения, определены отличительные признаки, выражающие сущность дарения, выдвинуты предложения по восполнению пробелов законодательства, касающиеся ответственности сторон и последствий отмены договора дарения и пожертвования.

Положения, выносимые на защиту:

1. Дарение является договором, поскольку для его заключения необходимо волеизъявление второй стороны — одаряемого. Значение волеизъявления одаряемого заключается в необходимости его согласия на принятие дара, а также и в том, что инициатива заключения договора дарения может исходить не только от дарителя (как правило), но и от одаряемого, что также подтверждает правовую природу дарения.

2. Договор дарения является консенсуальным договором, поскольку для его заключения достаточно достижения сторонами соглашения. Договор дарения, заключаемый передачей дара, представляет собой случай одновременного заключения и исполнения договора дарения, где воля сторон выражается совершением конклюдентных действий. Такой договор дарения представляет собой устную сделку, исполняемую при самом ее совершении (п. 2 ст. 159 ГК РФ).

3. Договор дарения может быть как односторонне обязывающим, так и двусторонне обязывающим договором, где возможно

возложение определенных обязанностей на одаряемого. Такие обязанности не являются встречным предоставлением, а представляют собой ограничения по использованию или владению даром.

4. Главными признаками договора дарения, позволяющими отграничить дарение от других правовых институтов, являются безвозмездность и наличие намерения у дарителя одарить, то есть совершить действия в отношении одаряемого по безвозмездной передаче вещи в, собственность, либо имущественного права (требования) к себе или к третьему лицу, либо освобождению от обязанности перед собой или перед третьим лицом именно в качестве дара.

5. Безвозмездность договора дарения подразумевает отсутствие в нем встречного предоставления (даже явно не эквивалентного дару) со стороны одаряемого, которое причинно обусловливает действия дарителя. В то же время признак безвозмездности допускает существование в договоре дарения обязанностей одаряемого, связанных с использованием или владением дара определенным образом, что не является платой или иным встречным предоставлением.

6. Следует привести в соответствие с общими нормами части первой ГК РФ о дееспособности положение абз. 1 ст. 575 ГК РФ о возможности дарения обычных подарков, стоимость которых не превышает пяти установленных законом минимальных размеров оплаты труда, законными представителями малолетних и граждан, признанных недееспособными, от их имени и за счет их имущества, поскольку данное правило противоречит п. 2 ст. 37 и абз. 2 п. 1 ст. 28 ГК РФ.

7. Предусмотренное п. 1 ст. 576 ГК РФ ограничение дарения, заключающееся в праве юридического лица дарения вещи, которая принадлежит ему на праве оперативного управления, с согласия ее собственника, противоречит п. 1 ст. 298 ГК РФ, запрещающему учреждению вообще отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом и имуществом, приобретенным за счет средств, выделенных ему по смете. В связи с этим предлагается привести действующую редакцию п. 1 ст. 576 ГК РФ в соответствие со ст. 298 ГК РФ, сохранив закрепленную в п. 1 ст. 576 ГК РФ возможность дарения учреждениями обычных подарков небольшой стоимости.

Читайте так же:  Отказ выдавать осаго

8. Следует закрепить в главе 32 ГК РФ ограниченную ответственность дарителя ва неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, выражающуюся в возможности взыскания с него только реального ущерба, и поскольку возможно заключение договора дарения с возложением обязанностей на одаряемого, то при неисполнении таких обязанностей предоставить дарителю право требовать отмены дарения. При этом целесообразно распространить действие правил об ответственности дарителя по договору дарения на договор пожертвования.

9. Целесообразно закрепить в главе 32 ГК РФ нормы, регулирующие последствия отмены дарения, которые могут заключаться в применении норм о неосновательном обогащении (гл. 60 ГК РФ). Поскольку при дарении в виде освобождения одаряемого от обязанности перед третьим лицом путем перевода долга или исполнения дарителем обязанности одаряемого перед третьим лицом затрагиваются интересы этого лица, необходимо также ввести норму, охраняющую его права. При разработке содержания такой нормы предлагается учесть опыт российского дореволюционного гражданского права, закрепленный в Проекте Гражданского Уложения, где при отмене дарения в виде освобождения одаряемого от обязанности перед третьим лицом права таких лиц не нарушаются, а за дарителем закрепляется право на взыскание с одаряемого убытков.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что изложенные в работе выводы восполняют пробел в теории гражданского права, заключающийся в отсутствии комплексного анализа новелл и пробелов законодательства, касающихся дарения и пожертвования.

Практическая значимость исследования заключается в том, что содержащиеся в работе выводы и предложения могут быть использованы при разработке и совершенствовании законодательства и применении его на практике, а также при преподавании курса гражданского права в высших учебных заведениях и для дальнейших исследований по данной теме.

Апробация результатов исследования. Диссертация рецензирована, обсуждена и одобрена на кафедре гражданского права и процесса Байкальского государственного университета экономики и права.

Некоторые теоретические положения диссертации отражены в публикациях автора, а также обсуждались при проведении еже-

годных 62-ой, 63-ей научных конференций профессорско-преподавательского состава Байкальского государственного университета экономики и права по темам: «Актуальные проблемы экономики и права» г. Иркутск, «Теоретические аспекты современного права» г. Иркутск.

Структура диссертации обусловлена целями и задачами исследования. Работа состоит из введения, двух глав, объединяющих восемь параграфов, заключения и библиографического списка.

Во введении обосновывается актуальность темы, определяются цель, задачи, объект и предмет исследования, его теоретическая и методологическая основы, раскрывается научная новизна работы и излагаются положения, выносимые на защиту, характеризуется практическая и теоретическая значимость работы, содержатся сведения об апробации результатов исследования и структуре диссертации.

В первой главе «Правовая природа дарения в российском гражданском праве» приводится анализ дарения и его характеристика в российской цивилистике дореволюционного, советского и современного периодов.

В первом параграфе «Дарение в российском дореволюционном гражданском праве и в советский период» исследуются понятие и место дарения в российском законодательстве указанных периодов, а также позиции ученых по этому вопросу.

В российском дореволюционном законодательстве — Своде законов Российской Империи (Своде Законов Гражданских) дарение относилось к способам приобретения прав на имущество. Такая позиция законодателя по-разному оценивалась российскими дореволюционными цивилистами, и вопрос о правовой природе дарения являлся дискуссионным.

Большинство ученых, например, таких как ГФ. Шершеневич, И.М. Тютрюмов, К.Н. Анненков, А.М. Гуляев и другие, рассматривали дарение как договор. В качестве аргумента в пользу договорного характера дарения указывалось на необходимое для действительности дарения согласие одаряемого на принятие дара.

В отличие от данной точки зрения К.П. Победоносцев относил дарение к способу приобретения права собственности.

Помимо вышеописанных взглядов на природу дарения выделяется также позиция Д.И. Мейера, который рассматривал дарение как способ перехода не только права собственности, но и других имущественных прав.

В конце XIX — начале XX века разрабатывался Проект Гражданского Уложения, в котором в итоге была воспринята позиция договорного характера дарения, и данный институт был помещен в обязательственном праве, а именно среди «обязательств по договорам». Обосновывая принятую позицию, определяющую дарение как договор, составители Проекта Гражданского Уложения подчеркивали значение согласия одаряемого на принятие дара. Как указывали правоведы, одаряемому не безразличны личность дарителя, возможные мотивы, в силу которых совершается дарение, хотя, как правило, оно основывается на чувстве благодарности, личной симпатии дарителя к одаряемому, но может преследовать и корыстные цели, а также и то, что выступает в качестве дара (например, очень дорогая вещь или животное, для содержания которого нужны определенные условия). Следует отметить, что, подробно аргументируя важность согласия одаряемого на принятие дара как необходимый признак дарения-договора, составители Проекта не забыли уделить ему должное внимание и тем самым отразить договорную природу дарения, в отличие от ныне действующего ГК РФ. В частности, Проект Гражданского Уложения (ст. 1789) содержал норму о форме выражения согласия на принятие в дар движимого имущества, и правило (ст. 1790), позволяющее дарителю назначить срок для выражения согласия на принятие дара и последствия его неизъявления.

По мнению диссертанта, аргументы, приводимые учеными-цивилистами дореволюционного периода в пользу договорного характера дарения, представляются убедительными и в настоящее время. Кроме того, сама инициатива заключения договора дарения может исходить не только от дарителя (как правило), но и от одаряемого, что также указывает на договорную природу дарения. Например, если в настоящее время обратиться к газете, то можно увидеть объявления, где предполагаемый одаряемый изъявляет желание принять в дар определенную вещь, в частности, одежду (пальто мужское или женское, зимнее), указанного размера. Такое объявление представляет собой предложение

(оферту) заключить договор дарения, содержащее условие о предмете договора.

После революции 1917 г. ГК РСФСР 1922 г. воспринял договорную природу дарения, однако в его нормах не было отражено значение согласия одаряемого на принятие дара, и, кроме того, само нормативно-правовое, регулирование быто чрезвычайно бедным. Дарению была посвящена всего одна статья (138), которая определяла дарение как безвозмездный договор об уступке имущества и содержала требование к его форме.

В литературе довоенного и послевоенного периодов подчеркивался договорный характер дарения, который обосновывался необходимостью согласия одаряемого принять дар. Доводы ученых о необходимости согласия одаряемого по сути совпадали с доводами цивилистов дореволюционного периода и комментариями составителей Проекта Гражданского Уложения.

Гражданский кодекс РСФСР 1964 г., так же как и предыдущий ГК РСФСР 1922 г., закрепил дарение как договор. Однако ГК РСФСР 1964 г. по своему объему предусматривал весьма скромное количество норм, посвященных дарению и содержащихся в двух статьях (256, 257).

По поводу сущности дарения как договора споров в литературе не возникало, также подчеркивалась необходимость согласия одаряемого принять дар для действительности дарения. Споры вызывала норма абз. 2 ст. 256 ГК РСФСР, устанавливающая возможность заключения только реального договора дарения. Данную позицию законодателя, не одобрял в частности Ю.К. Толстой1. О.С. Иоффе характеризовал дарение как договор консен-суальный2. Что касается договорной природы дарения, то по данному вопросу позиция ученых быта единая.

Второйпараграф «Понятие и признаки дарения в современном российском гражданском праве» посвящен исследованию дарения и его признаков в современный период.

Действующий ГК РФ также определяет дарение как договор и помещает в особенной части обязательственного права.

1 См.: Иоффе О.С., Толстой Ю.К. Новый Гражданский кодекс РСФСР, Л.. 1965″. С. 262.

2 См.: Иоффе О.С. Обязательственное право. М.: Юрид. лит., 1975, С. 395-397.

В результате проведенного исследования были определены главные, отличительные признаки договора дарения, позволяющие отграничить его от других правовых институтов. Таковыми, по мнению диссертанта, являются безвозмездность и наличие намерения дарителя одарить, то есть совершить действия в отношении одаряемого по безвозмездной передаче вещи в собственность либо имущественного права (требования) к себе или к третьему лицу, либо освобождению от обязанности перед собой или перед третьим лицом именно в качестве дара. Причем, как верно отмечает М.Н. Малеина, данный признак представляет собой правовую цель дарителя в сделке1.

Определяя договор дарения как безвозмездный, закон (п. 1 ст. 572 ГК РФ) содержит только указание в абз. 2 п. 1 ст. 572 ГК РФ на то, что при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением, и к такому договору применяются правила о притворной сделке. При этом следует отметить, что в действующем ГК РФ понятие безвозмездности не раскрывается. В законе (п. 2 ст. 423 ГК РФ) закреплено только понятие безвозмездного договора, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления. В итоге произведенного анализа данного определения безвозмездного договора диссертантом установлено, что безвозмездность подразумевает отсутствие встречного предоставления, даже явно не эквивалентного стоимости дара. Договор может быть либо безвозмездным, либо возмездным, а последний, в свою очередь, эквивалентным либо неэквивалентным. Безвозмездность же в договоре предполагает полное отсутствие встречного предоставления, даже если оно явно не эквивалентно получаемому благу.

Кроме того, диссертантом отмечается, что дарение не будет считаться безвозмездным договором, если встречное предоставление предусмотрено не в самом договоре дарения, а в других сделках, и оно причинно обусловливает действия дарителя по передаче дара. В таком случае дарение является притворной сделкой, прикрывающей действительную волю сторон, направленную на заключение возмездного договора.

1 См.: Малеина М.Н. О договоре дарения // Правоведение. 1998. № 4, С. 130.

При исследовании признака безвозмездности дарения диссертантом был сделан вывод о возможности возложения на одаряемого определенных обязанностей в пользу дарителя или третьих лиц. Такие обязанности, по сути, не являются встречным предоставлением, не обусловливают само дарение, а представляют собой некоторые условия владения или использования дара определенным образом. Например, даря библиотеку, даритель сохраняет за собой право пользоваться определенными книгами, или, передавая одаряемому в дар животное, оговаривает условия его содержания. В результате заключения такого договора дарения у дарителя возникает право требовать от одаряемого предоставления возможности пользоваться книгами, а одаряемый несет соответствующую обязанность. Возможность заключения такого договора отмечает в частности, И.В. Елисеев, описывая ситуации, когда даритель, отчуждая дом, оставляет за собой право пользования одной из комнат, а в другой, даря земельный участок — сервитут1.

По мнению диссертанта, ввиду возможности заключения договора дарения с возложением некоторых обязанностей на одаряемого такой договор дарения является двусторонне обязывающим.

Анализируя договорные характеристики дарения, диссертант пришел к следующим выводам.

Действующий ГК РФ (ст. 572) позволяет заключать дарение и как реальный и как консенсуальный договор. Для возникновения консенсуального договора достаточно достижения сторонами соглашения о заключении договора. Для заключения реального договора необходима также передача имущества (п. 2 ст. 433 ГК РФ). По мнению автора диссертации, для заключения договора дарения достаточно соглашения сторон, поскольку как было установлено, необходимо согласие одаряемого на принятие дара. Широко распространенный на практике договор дарения, сопровождаемый вручением вещи и принятием ее одаряемым, представляет собой одновременное заключение и исполнение договора дарения, где стороны выражают свою волю конклюдентны-ми действиями (даритель вручает вещь, а одаряемый ее прини-

1 См.: Гражданское право: Учебник. Часть II // Под общ. ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М.: «ПРОСПЕКТ», 1999. С. 120.

мает). Такое дарение является примером устных сделок, исполняемых при самом их совершении (п. 2 ст. 159 ГК РФ).

Так как договор дарения, по мнению автора, является консен-суальным, то, как правило, такой договор является односторонне обязывающим, поскольку порождает обязанность дарителя передать дар. Договор дарения, сопровождаемый возложением на одаряемого определенных обязанностей, связанных с образом использования или владения даром, соответственно является двусторонне обязывающим.

Во второй главе «Основные элементы договора дарения и договора пожертвования как его разновидности», объединяющей шесть параграфов, рассматриваются положения современного гражданского законодательства, касающиеся предмета договора дарения, его субъектного состава и формы, прав, обязанностей и ответственности сторон по договору, исследуются основания отмены дарения и такой вид договора дарения, как пожертвование.

В первом параграфе «Предмет договора дарения» проводится анализ предмета данного договора.

Современное гражданское законодательство, в отличие от ранее действовавшего ГК РСФСР 1964 г., предусматривает довольно широкий предмет договора дарения. Согласно статье 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Таким образом, в предмет договора дарения, помимо действий дарителя по передаче в собственность имущества (вещей и обязательственных прав), действующее законодательство включило также и такие действия дарителя, как освобождение одаряемого от обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При анализе предмета договора дарения диссертантом было отмечено следующее. При дарении вещей следует учитывать, что не могут выступать в качестве дара вещи, изъятые из гражданского оборота. Перечень таких объектов гражданских прав согласно п. 2 ст. 129 ГК РФ устанавливается законом.

Специальными нормами следует руководствоваться при дарении вещей, ограниченных в обороте.

Помимо вещей п. 1 ст. 572 ГК РФ предусматривает также возможность дарения дарителем имущественных прав требования к себе или к третьему лицу. Согласно п. 3 ст. 576 ГК РФ дарение принадлежащего дарителю права требования к третьему лицу осуществляется с соблюдением соответствующих норм (ст. 382386, 388-389 ГК РФ).

Ввиду возможности безвозмездной передачи права требования по договору дарения в литературе возник спорный вопрос о том, всякая ли безвозмездная цессия является дарением. Данная проблема возникла и в практике арбитражных судов. В случаях, когда в договоре об уступке права требования между коммерческими организациями отсутствует условие о плате или ином встречном предоставлении, арбитражные суды исходят из недействительности такого договора в силу ст. 168 ГК РФ, поскольку последний противоречит п. 4 ст. 575 ГК РФ, содержащему запрет дарения между коммерческими организациями. Высший Арбитражный Суд РФ, отменяя подобные решения, учитывает такой признак дарения (п. 2 ст. 572 ГК РФ), как намерение одарить, то есть очевидное намерение дарителя передать право в качестве дара1.

Похожая дискуссия возникла и по поводу договора дарения в виде освобождения одаряемого от обязанности перед собой. Спор связан с тем, следует ли считать прощение долга договором дарения и, соответственно, применять к данному институту специальные нормы о дарении, в частности п. 4 ст. 575 ГК РФ, запрещающий дарение между коммерческими организациями. По данному проблемному вопросу вьщеляются две основные позиции. Суть первой заключается в том, что прощение долга в силу ст. 415 ГК РФ является односторонней сделкой, а дарение — договором, основанным на соглашении сторон, и, вследствие этого, данные институты нельзя отождествлять. Другая заключается в понимании прощения долга как разновидности договора дарения и применения к нему норм главы 32 ГК РФ.

По мнению диссертанта, не следует отождествлять прощение долга и договор дарения, поскольку они представляют собой самостоятельные институты, преследующие отличные друг от друга

1 См.: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ № 8303100 от 5 июня 2001 г. // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2001. №9. С. 35-36.

цели. Особенность дарения заключается в том, что даритель имеет своей целью намерение одарить одаряемого. При прощении долга кредитор, как правило, желает избавиться от «безнадежных» долгов, и тем самым прекратить обязательство.

Далее в работе анализируется договор дарения в виде освобождения дарителем одаряемого от обязанности перед третьим лицом. В данном случае освобождение одаряемого может происходить двумя способами: путем перевода долга одаряемого перед третьим лицом на дарителя, или исполнения дарителем обязанности одаряемого перед третьим лицом.

Дарение посредством перевода дарителем на себя долга одаряемого согласно абз. 2 п. 4 ст. 576 ГК РФ должно происходить с соблюдением правил статей 391 и 392 ГК РФ.

Дарение посредством исполнения за одаряемого его обязанности перед третьим лицом должно осуществляться с соблюдением нормы п. 1 ст. 313 ГК РФ.

В целом диссертантом подчеркивается самостоятельность уступки права требования, перевода долга и прощения долга. Для того, чтобы такие сделки квалифицировать как договор дарения, необходимо установить, какими признаками они обладают. Главные черты дарения — это безвозмездность и намерение одарить, то есть совершить соответствующие действия именно в качестве дара. Если таковые отсутствуют, то цессия, перевод долга и прощение долга не является дарением.

Во втором параграфе «Стороны и форма договора дарения» рассматривается субъектный состав договора и связанные с этим ограничения дарения, а также форма договора дарения.

Читайте так же:  Почему договор а не счет

При исследовании данных вопросов диссертантом было установлено следующее.

Согласно п. 1 ст. 575 ГК РФ запрещается дарение от имени малолетних их законными представителями, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает пяти установленных законом минимальных размеров оплаты труда. Однако указанное исключение из запрета таких подарков, как отмечается диссертантом, противоречит общим нормам о дееспособности, содержащимся в части первой ГК РФ. В силу п. 2 ст. 37 ГК РФ для совершения дарения имущества подопечного необходимо предварительное разрешение органов опеки и попечительства. При этом данное правило относится, согласно абз. 2 п. 1 ст. 28 ГК

РФ к действиям не только опекуна малолетнего, но и других законных представителей: родителей, усыновителей.

В отношении недееспособный граждан, так же как и малолетних действует предусмотренный п. 1 ст. 575 ГК РФ запрет на совершение дарения от имени недееспособного его законным представителем (опекуном), за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает пяти установленных законом минимальных размеров оплаты труда. Однако дарение таких подарков должно подчиняться требованиям п. 2 ст. 37 ГК РФ, то есть может быть совершено с разрешения органа опеки и попечительства.

На основании указанный выводов диссертантом предлагается привести закрепленное в абз. 1 ст. 575 ГК РФ положение о возможности дарения от имени малолетних и недееспособных граждан их законными представителями обычнык подарков, стоимость которых не превышает пяти установленных законом минимальных размера оплаты труда, в соответствие с общими нормами о дееспособности.

В действующем ГК РФ (п. 1 ст. 576 ГК РФ) закреплены ограничения дарения юридическими лицами вещей, которые принадлежат им на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

По общему правилу (абз. 1 п. 2 ст. 295 ГК РФ) государственное или муниципальное предприятие не вправе распоряжаться принадлежащим ему на праве хозяйственного ведения недвижимым имуществом без согласия собственника. Остальным имуществом предприятие распоряжается самостоятельно, за исключением случаев, установленных законом или иными правовыми актами (абз. 2 п. 2 ст. 295 ГК РФ). Диссертантом отмечается, что согласно требованию нормы, закрепленной в п. 1 ст. 576 ГК РФ согласие собственника обязательно при дарении любой вещи (как движимой, так и недвижимой), принадлежащей предприятию на праве хозяйственного ведения.

Казенное предприятие в силу п. 1 ст. 297 ГК РФ вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом лишь с согласия собственника этого имущества. Следовательно, и дарить такое имущество, а точнее — вещь (п. 1 ст. 576 ГК РФ), казенное предприятие вправе с согласия собственника. •

Учреждение же вообще не вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом и имуществом, приобретенным за счет средств, выделенных ему по смете (п. 1 ст. 298 Гк РФ). Однако п. 1 ст. 576 ГК РФ разрешает дарение такого имущества с согласия собственника. По мнению автора диссертации, действующая редакция п. 1 ст. 576 ГК РФ требует изменения относительно правомочности дарения учреждениями закрепленного за ним имущества и имущества, приобретенного за счет средств, выделенных по смете, поскольку данное положение противоречит п. 1 ст. 298 ГК РФ. При этом следует сохранить возможность дарения учреждениями обычных подарков небольшой стоимости.

В п. 2 ст. 576 ГК РФ закреплено ограничение дарения, касающееся дарения имущества, находящегося в общей совместной собственности, которое допускается по согласию всех участников совместной собственности с соблюдением правил ст. 253 ГК РФ. В свою очередь, п. 2 ст. 253 ГК РФ предусмотрено, что распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом. В данной ситуации диссертантом отмечается, что при дарении необходимо ясно выраженное согласие всех участников совместной собственности.

В третьем параграфе «Права и обязанности сторон» автором рассматриваются права и обязанности, которые возникают в результате заключения договора дарения.

Основная обязанность дарителя, которая следует из консен-суального договора дарения — это обязанность передать дар. При этом, если иное не предусмотрено договором дарения, обязанности дарителя, обещавшего дарение, переходят к его наследникам (правопреемникам) (п. 2 ст. 581 ГК РФ).

Несмотря на то, что договор дарения, как правило, является односторонне обязывающим, возможно заключение договора дарения с возложением некоторых обязанностей на одаряемого, связанных с порядком использования или владения дара, как это предусмотрено, например, в отношении договора пожертвования (п. 3 ст. 582 ГК РФ). При заключении такого договора дарения у дарителя соответственно возникает право требовать от одаряемого исполнения таких обязанностей, а сам договор дарения является двусторонне обязывающим.

Далее в диссертации анализируется право дарителя по одностороннему расторжению договора обещания дарения (ст. 577 ГК РФ). Возможность такого расторжения договора обещания дарения объясняется безвозмездностью данных отношений. При этом в случае расторжения договора дарения по основаниям ст. 577 ГК РФ одаряемый не вправе требовать возмещения убытков (п. 3 ст. 577 ГК РФ). Основания расторжения договора дарения, закрепленные в ст. 577 ГК РФ не применяются к обычным подаркам небольшой стоимости.

Поскольку даритель по договору дарения обязан передать дар, то соответственно одаряемый имеет право требовать передачи обещанного дара.

За одаряемым законодатель закрепил возможность одностороннего расторжения договора дарения. Согласно п. 1 ст. 573 ГК РФ одаряемый вправе в любое время до передачи ему дара от него отказаться. Отказ от дара должен быть совершен в той форме, в которой заключается договор дарения. Как отмечается диссертантом, закрепление законодателем возможности одностороннего расторжения консенсуального договора дарения одаряемым является оправданным, поскольку отношения между дарителем и одаряемым, как правило, носят личный характер и после заключения договора дарения могут существенно изменяться.

Кроме права отказа от принятия дара одаряемый может нести также и обязанности. Как указывалось выше, дарение может быть обусловлено использованием дара по указанному дарителем назначению или указанным способом. Следовательно, по такому договору дарения одаряемый несет соответствующие обязанности, исполнения которых вправе требовать даритель.

В четвертом параграфе «Ответственность сторон по договору дарения» анализируются возможные последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств, возникших в результате заключения договора дарения.

Как отмечается диссертантом, в главе 32 ГК РФ практически не содержится специальных норм, касающихся вопросов ответственности, за некоторым исключением (ст. 580 ГК РФ). Исходя из этого подлежат применению общие нормы главы 25 ГК РФ «Ответственность за нарушение обязательств».

Поскольку договор дарения чаще всего является односторонне обязывающим, хотя, как уже указывалось выше, может заклю-

чаться и как двусторонне обязывающий, в основном ответственность может нести даритель.

По общему правилу (л. 1 ст. 393 ГК РФ) даритель (должник) обязан возместить одаряемому (кредитору) убытки, причиненные неисполнением обязательства. При этом, в силу п. 2 ст. 396 ГК РФ, в случае неисполнения обязательства возмещение убытков и уплата неустойки освобождают должника от исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено законом или договором.

Кроме ответственности за неисполнение обязательства, даритель может нести ответственность за ненадлежащее исполнение обязательства, которое может выражаться, например, в просрочке исполнения обязательства. При ненадлежащем исполнении кредитор вправе требовать и исполнения обязательства в натуре и возмещения убытков (п. 1 ст. 396 ГК РФ).

Кроме убытков за ненадлежащее исполнение, так же как и неисполнение, в силу п. 1 ст. 394 ГК РФ может быть взыскана неустойка.

Также, если дарение заключалось в передаче денег, то согласно ст. 395 ГК РФ, с дарителя, например просрочившего исполнение своего обязательства, могут быть взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами.

По мнению диссертанта, применение мер ответственности, предусмотренных главой 25 ГК РФ несколько не соответствует отношениям, опосредуемых дарением, главная особенность которых заключается в их безвозмездности, а также и в том, что эти отношения, как правило, носят лично-доверительный характер и возникают на чувствах благодарности, симпатии дарителя к одаряемому. Поэтому предлагается закрепить в действующем законодательстве ограниченную ответственность дарителя за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, выражающуюся в возможности взыскания только реального ущерба, то есть возмещения понесенных одаряемым расходов (если таковые вообще были).

Поскольку возможно заключение договора дарения с возложением некоторых обязанностей на одаряемого, связанных с образом использования или владения дара, то неисполнение таких обязанностей одаряемым должно повлечь правовые последствия. Как полагает диссертант, ввиду безвозмездности данных отношений между дарителем и одаряемым следует в данных слу-

чаях, по аналогии с договором пожертвования (п. 5 ст. 582 ГК РФ), наделить дарителя правом требовать отмены дарения, с теми же последствиями, что и при отмене дарения по другим основаниям.

В пятом параграфе «Отмена дарения» анализируются основания и возможные последствия отмены дарения.

Действующий ГК РФ (глава 32) предусматривает возможность отмены дарения, однако в законе не закреплены ее последствия. По данному вопросу в п. 5 ст. 578 ГК РФ содержится только одна специальная норма, согласно которой в случае отмены дарения одаряемый обязан возвратить подаренную вещь, если она сохранилась в натуре к моменту отмены дарения. Однако в законе остается открытым вопрос о том, каковы последствия несохранения этой вещи в натуре в случае ее дальнейшего отчуждения одаряемым или физической гибели.

Также диссертант указывает на то, что в законе отсутствуют нормы, регулирующие последствия отмены дарения, где в качестве дара выступают обязательственные права (требования) по отношению к дарителю или к третьему лицу, а также освобождение одаряемого от обязанности перед дарителем или перед третьим лицом. В то время как ст. 578 ГК РФ говорит об отмене дарения вообще.

Ввиду этого автором диссертации на основе проведенного сравнительного анализа российского дореволюционного гражданского права и позиций ученых современного периода по данному вопросу предлагается применять к последствиям отмены дарения нормы о неосновательном обогащении (гл. 60 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1104 ГК РФ имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре.

В случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимости немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения (п. 1 ст. 1105).

Кроме этого, следует отметить, что при отмене дарения в виде освобождения одаряемого от обязанности перед третьим лицом могут быть затронуты интересы этого лица. Такая ситуация мо-

жет возникнуть при переводе долга одаряемого перед третьим лицом на дарителя или при возложении исполнения обязательства одаряемого перед третьим лицом на дарителя. Ввиду этого на основе анализа опыта российского дореволюционного права, закрепленного в Проекте Гражданского Уложения, следует, по мнению диссертанта, закрепить норму, охраняющую права третьих лиц при отмене дарения. Смысл данной нормы заключается в том, что при отмене дарения в виде освобождения одаряемого от обязанности перед третьим лицом путем перевода долга или путем возложения исполнения обязанности на дарителя права этого третьего лица не нарушались, а за дарителем сохранялось право требовать возмещения убытков.

В шестом параграфе «Пожертвование, его отличия от дарения» рассматривается выделяемый законодателем такой вид договора дарения, как пожертвование.

Согласно ст. 582 ГК РФ пожертвование определяется как дарение вещи или права в общеполезных целях. Из определения данного вида договора, следует главное отличие пожертвования от дарения, которое заключается в особом назначении дара, а именно — в общеполезных целях.

Понятие полезности той или иной цели в законе не раскрывается, однако, как полагает диссертант, законодатель имеет в виду цели, осуществление которых может приносить благо обществу. Поэтому реализация таких целей должна способствовать развитию науки, образования, медицины, культуры, искусства и других областей человеческой деятельности.

Говоря об особом назначении дара, закон предусматривает в зависимости от субъекта договора, являющегося одаряемым, обязанность указания в договоре пожертвования конкретных способов использования дара, отсутствие которых влечет определенные правовые последствия. Согласно п. 3 ст. 582 ГК РФ пожертвование имущества гражданину должно быть, а юридическим лицам может быть обусловлено жертвователем использованием этого имущества по определенному назначению. При отсутствии такого условия пожертвование имущества гражданину считается обычным дарением, а в остальных случаях пожертвованное имущество используется одаряемым в соответствии с назначением имущества. Анализируя данную норму, диссертант отмечает, что неуказание в договоре пожертвования юридиче-

ским лицам цели использования пожертвованного имущества не превращает договор пожертвования в обычный договор дарения.

Исходя из определения договора пожертвования диссертантом был сделан вывод о том, что договор пожертвования подразумевает возникновение определенных обязанностей у одаряемого, которые он обязан в силу заключенного договора исполнять Следовательно, договор пожертвования является двусто-ронне обязывающим договором.

Кроме особого назначения дара, пожертвование отличается от дарения также и предметом Согласно п. 1 ст. 582 ГК РФ в качестве дара в договоре пожертвования могут выступать вещи или права. Закон (п. 1 ст. 582 ГК РФ) не уточняет конкретно, какие права могут жертвоваться, в отличие от простого договора дарения, где в качестве дара предусматриваются только обязательственные права (требования) В отношении же пожертвования таких ограничений в законе не содержится. Из этого делается вывод о том, что жертвоваться могут имущественные права, в том числе и обязательственные права требования к третьим лицам.

Кроме предмета, пожертвование отличается от договора дарения также и субъектным составом. В качестве жертвователей могут быть любые субъекты гражданских правоотношений. В отношении же субъектов на стороне одаряемого закон содержит следующий перечень. Согласно абз. 2 п. 1 ст. 582 ГК РФ пожертвования могут делаться гражданам, лечебным, воспитательным учреждения, учреждениям социальной защиты и другим аналогичным учреждениям, благотворительным, научным и учебным учреждениям, фондам, музеям и другим учреждениям культуры, общественным и религиозным организациям, а также государству и другим субъектам гражданского права, указанным в статье 124 ГК РФ, то есть субъектам Российской Федерации и муниципальным образованиям. Как видно законодатель исключил из круга одаряемых коммерческие организации, что объясняется основной’ целью деятельности данных юридических лиц, заключающейся в извлечении прибыли, в отличие от указанных в законе организаций, сфера деятельности которых связана с образованием, культурой, наукой и т.п

Использование пожертвованного имущества не в соответствии с указанным жертвователем назначением или изменение этого назначения с нарушением вышеописанных правил дает право жертвователю, его наследникам или иному правопреемнику тре-

бовать отмены пожертвования (п. 5 ст. 582 ГК РФ). Отмена пожертвования происходит по решению суда и возможна только по этим основаниям. Согласно п. 6 ст. 582 ГК РФ к пожертвованиям не применяются правила об отмене дарения, закрепленные в ст. 578 ГК РФ.

В законе не установлены последствия отмены пожертвования. В данном случае, по мнению диссертанта, следует руководствоваться такими же правилами, как и при отмене дарения, то есть применять нормы о неосновательном обогащении.

В заключении диссертант обобщает выводы и предложения, основанные на проведенном исследовании.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

1. Правовая природа дарения по российскому гражданскому праву // Вестник молодых ученых: Приложение к «Известиям ИГЭА». Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2003. 0,5 п.л.

2. Пожертвование в современном российском гражданском праве // Теоретические аспекты современного российского права: Сборник научных трудов / Под общ. ред. Е.Г. Бельковой. Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2003 (в соавторстве). 0,3 (0,2) п.л.

3 К вопросу о соотношении прощения долга и договора дарения // Теоретические аспекты современного российского права: Сборник научных трудов / Под общ. ред. Е.Г. Бельковой. Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2003. 0,3 п.л.

4. Договор дарения: некоторые проблемные вопросы // Общество и право: Сборник трудов докторантов, адъюнктов и соискателей. Вып. 17. Часть 2 / Под общ. ред. В.П. Сальникова. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2003. 0,2 п.л.

5. Признак безвозмездности в договоре дарения // Правосудие в Восточной Сибири. 2003. № 4 (12). 0,2 п.л.

Подписано в печать и свет 12.04.2004. Формат 60X84 1/16

Печать офсетная._Объем 1,0 п.л._Тираж 100 экз.

Отпечатано в Санкт-Петербургском университете МВД России 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д.1.