П86 пдд судебная практика

29.11.2018 Выкл. Автор admin

Постановление Верховного Суда РФ от 24 июня 2016 г. N 78-АД16-31 Постановление о привлечении лица к административной ответственности за оставление места дорожно-транспортного происшествия подлежит отмене, а производство по делу — прекращению в связи с отсутствием состава административного правонарушения

Судья Верховного Суда Российской Федерации Никифоров С.Б.,

рассмотрев жалобу защитника Ольмана В.А., действующего на основании доверенности в интересах Шабаловской Д.М.,

на вступившие в законную силу постановление мирового судьи судебного участка N 5 Санкт-Петербурга от 10.07.2015 N 5-220/2015-5, решение судьи Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 02.11.2015 N 12-323/2015 и постановление заместителя председателя Санкт-Петербургского городского суда от 26.02.2016 N 4а-171/16,

вынесенные в отношении Шабаловской Д.М. (далее — Шабаловская Д.М.)

по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, установил:

постановлением мирового судьи судебного участка N 5 Санкт-Петербурга от 10.07.2015 N 5-220/2015-5 Шабаловская Д.М. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнута административному наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на один год.

Решением судьи Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 02.11.2015 N 12-323/2015 постановление мирового судьи изменено: уточнены фамилии лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и потерпевшего, в остальной части названный судебный акт оставлен без изменения.

Постановлением заместителя председателя Санкт-Петербургского городского суда от 26.02.2016 N 4а-171/16 указанные судебные акты оставлены без изменения.

В жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, защитник Ольман В.А. ставит вопрос об отмене судебных актов, вынесенных в отношении Шабаловской Д.М. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, полагая, что в ее действиях состав вменяемого административного правонарушения отсутствует.

Изучив материалы дела об административном правонарушении и доводы жалобы заявителя, прихожу к следующим выводам.

В соответствии с частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нормы, цитируемые в настоящем постановлении, приведены в редакции, действующей на момент возникновения обстоятельств, послуживших основанием для привлечения Шабаловской Д.М. к административной ответственности) оставление водителем в нарушение Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, влечет лишение права управления транспортными средствами на срок от одного года до полутора лет или административный арест на срок до пятнадцати суток.

Пунктом 2.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров — Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 N 1090, установлены обязанности водителя, причастного к дорожно-транспортному происшествию.

Согласно пункту 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2006 N 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» часть 1 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях устанавливает ответственность за невыполнение водителем обязанностей, предусмотренных пунктами 2.5, 2.6, 2.6.1 Правил дорожного движения, в связи с дорожно-транспортным происшествием, участником которого он является, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 названной статьи.

К действиям водителя, образующим объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.27 указанного Кодекса, в частности относятся:

невыполнение предусмотренной пунктом 2.5 Правил дорожного движения обязанности немедленно остановиться, не трогать с места транспортное средство; включить аварийную световую сигнализацию и выставить знак аварийной остановки; не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию; принять меры для оказания первой помощи пострадавшим и направления их в лечебное учреждение; при необходимости освобождения проезжей части зафиксировать в присутствии свидетелей положение транспортных средств, следы и предметы, относящиеся к дорожно-транспортному происшествию, принять меры для их сохранения; сообщить о случившемся в полицию, записать фамилии и адреса очевидцев и т.п.;

невыполнение установленных пунктами 2.6 и 2.6.1 Правил дорожного движения правил, разрешающих покинуть место дорожно-транспортного происшествия, если нет пострадавших и разногласий между его участниками в оценке обстоятельств произошедшего, но обязывающих оформить дорожно-транспортное происшествие либо на ближайшем посту дорожно-патрульной службы (пункт 2.6), либо, в соответствии с Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, без участия сотрудников полиции (пункт 2.6.1).

Действия водителя, оставившего в нарушение требований пункта 2.5 Правил дорожного движения место дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Основанием для привлечения Шабаловской Д.М. к ответственности на основании части 2 статьи 12.27 указанного Кодекса послужили изложенные в протоколе об административном правонарушении выводы о том, что 10.04.2015 в 15 часов 30 минут она, управляя транспортным средством, государственный регистрационный знак . двигаясь по дворовой территории в районе дома 86 по улице Марата города Санкт-Петербурга, оставила место дорожно-транспортного происшествия, участником которого она являлась, нарушив тем самым положения пункта 2.5 Правил дорожного движения.

Между тем, из материалов дела следует, что на момент приезда сотрудников полиции Шабаловская Д.М. находилась на месте дорожно-транспортного происшествия, обстоятельства происшествия были установлены с ее участием.

Об этом свидетельствуют письменные объяснения Шабаловской Д.М. и второго участника дорожно-транспортного происшествия Ф. (л.д. 9-10, 21), их объяснения, данные в судебном заседании (л.д. 31-33), схема места дорожно-транспортного происшествия (л.д. 8).

При таких обстоятельствах нет оснований для вывода об оставлении Шабаловской Д.М. места дорожно-транспортного происшествия, участником которого она являлась.

То обстоятельство, что непосредственно после дорожно-транспортного происшествия Шабаловская Д.М. отъехала от места наезда на незначительное расстояние, где ожидала приезда сотрудников полиции, не свидетельствует о наличии в ее действиях состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Невыполнение Шабаловской Д.М. обязанностей, предусмотренных пунктом 2.5 Правил дорожного движения, влечет административную ответственность по части 1 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно части 1 статьи 12.27 указанного Кодекса невыполнение водителем обязанностей, предусмотренных Правилами дорожного движения, в связи с дорожно-транспортным происшествием, участником которого он является, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи, влечет наложение административного штрафа в размере одной тысячи рублей.

В силу требований части 5 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях никто не может нести административную ответственность дважды за одно и то же административное правонарушение.

На момент рассмотрения настоящей жалобы в Верховном Суде Российской Федерации назначенное Шабаловской Д.М. мировым судьей административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами начало исполняться.

При таких обстоятельствах действия Шабаловской Д.М. не могут быть переквалифицированы на часть 1 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку это будет противоречить положениям части 5 статьи 4.1 указанного Кодекса и повлечет ухудшение положения лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, что недопустимо.

Отсутствие состава административного правонарушения является одним из обстоятельств, при которых производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению (пункт 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В силу пункта 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по результатам рассмотрения жалобы, протеста на вступившие в законную силу постановление по делу об административном правонарушении, решения по результатам рассмотрения жалоб, протестов выносится решение об отмене постановления по делу об административном правонарушении, решения по результатам рассмотрения жалобы, протеста и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 настоящего Кодекса, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены указанные постановление, решение.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.13 и 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья Верховного Суда Российской Федерации постановил:

жалобу защитника Ольмана В.А., действующего на основании доверенности в интересах Шабаловской Д.М., удовлетворить.

Постановление мирового судьи судебного участка N 5 Санкт-Петербурга от 10.07.2015 N 5-220/2015-5, решение судьи Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 02.11.2015 N 12-323/2015 и постановление заместителя председателя Санкт-Петербургского городского суда от 26.02.2016 N 4а- 171/16, вынесенные в отношении Шабаловской Д.М. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отменить.

Производство по данному делу об административном правонарушении прекратить на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Обзор документа

Непосредственно после ДТП водитель отъехал от места наезда на незначительное расстояние.

Верховный Суд РФ пришел к выводу, что такие действия не могут рассматриваться как оставление водителем места ДТП. Ведь на момент приезда сотрудников полиции водитель был на месте происшествия, обстоятельства случившегося были установлены с его участием.

Указанные действия водителя должны квалифицироваться как невыполнение обязанностей, предусмотренных Правилами дорожного движения, в связи с ДТП, участником которого он является.

Так, при ДТП водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию.

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

Статья 12.15 КРФоАП

Статья 12.15 часть 4 — выезд в нарушение Правил дорожного движения на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, за исключением случаев предусмотренных ч. 3 ст. 12.15 КРФоАП, которая устанавливает ответственность за совершение выезда на трамвайные пути встречного направления, а равно выезда в нарушение ПДД на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, соединенного с разворотом налево или объездом препятствия.

Мы предоставляем эти материалы, чтобы вы могли оценить оценить юридическую помощь, которую оказывают наши профессиональные автоюристы. Наше представительство в суде зачастую помогает более благоприятно решить дело в сторону обвиняемого. Не стоит сомневаться нужно ли обращаться за юридической помощью — это просто необходимо, т.к. защита ваших прав это наша самая главная работа и мы выполним её в ваших интересах, звоните и мы поможем.

Естественно, что мы не можем опубликовать нашу судебную практику всю и сразу, но мы решили постоянно обновлять раздел, поэтому если вас интересуют исходы наших дел — заходите почаще, будут новые публикации.

Водитель не может быть наказан за административное правонарушение, если в протоколе не указано, предписания какого дорожного знака он нарушил, указал Верховный суд РФ. Он также отметил, что при расхождении данных в этом документе с обстоятельствами, установленными в ходе судебных процессов, все сомнения трактуются в пользу автолюбителя.

Ненадлежащее описание события административного правонарушения может повлечь нарушение права на защиту привлекаемого к ответственности и лишить водителя объективно возражать и представлять доказательства по существу вменяемого правонарушения, поясняет высшая инстанция свою позицию.

Суть дела

До Верховного суда РФ с жалобой дошла жительница Башкирии, признанная виновной в нарушении правил дорожного движения, которые привели к причинению легкого вреда здоровью потерпевшего (часть 1 статьи 12.24 КоАП РФ).

Согласно материалам дела, в городе Стерлитамак произошло столкновение двух автомобилей, в результате которого пассажирка одного из них получила легкий вред здоровью. В аварии признали виновной автора жалобы в ВС РФ. Инспектор ГИБДД установил, что женщина в нарушение требований пункта 8.4 Правил дорожного движения при перестроении в левый ряд не уступила дорогу и совершила столкновение с другим автомобилем.

Судья Стерлитамакского городского суда пришёл к выводу, что водитель не справилась с управлением транспортным средством и допустила наезд на бордюрный камень, также суд указал на нарушение автовладелицей пункта 9.4 ПДД, что и привело к травме пассажира.

Последующие судебные инстанции приняли во внимание заключение эксперта и установили факт нарушения водителем требований дорожного знака 1.20.1 «Сужение дороги» и пункта 10.1 ПДД, а также причинно-следственную связь между этим нарушением и причинением пассажиру легкого вреда здоровью.

Сначала автовладелицу оштрафовали на 2,5 тысячи рублей, а при повторном процессе уже лишили права управления транспортными средствами сроком на 1 год. Впоследствии Верховный суд Башкирии отменил и это решение, вернувшись к наказанию в виде штрафа. Однако водитель не удовлетворилась смягчением наказания и пожаловалась в высшую инстанцию.

Верховный суд РФ посчитал, что состоявшиеся по делу судебные акты законными признать нельзя.

Позиция ВС

Статьей 24.1 Кодекса об административных правонарушениях установлено, что задачами производства являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению противоправных деяний, напоминает ВС РФ. В обоснование вывода о виновности водителя в обжалуемых актах указано, что факт совершения правонарушения подтверждается, в том числе, протоколом, указывает он. Действительно, статья 26.1 КоАП относит протокол об административном правонарушении к числу доказательств по административным делам.

При этом часть 2 статьи 28.2 КоАП регламентирует сведения, которые должны быть указаны в этом документе, в том числе в нем должно быть отражено событие административного правонарушения, напоминает ВС РФ. Также закон обязывает выяснять и доказывать все обстоятельства, относящиеся к событию административного правонарушения, говорится в постановлении.

Между тем протокол по спорному делу содержит описание события административного правонарушения, не совпадающее с установленным судебными инстанциями, поясняет Верховный суд.

В протоколе водителю вменяется нарушение пункта 8.4 ПДД, однако сведений о нарушении еще и требований дорожного знака 1.20.1 «Сужение дороги» и пунктов 9.4, 10.1 ПДД, что, по мнению судебных инстанций, повлекло причинение пассажиру легкого вреда здоровью, этот документ не содержит.

Протокол об административном правонарушении является процессуальным документом, где фиксируется противоправное деяние лица, в отношении которого возбуждено производство по делу, формулируется вменяемое данному лицу обвинение, отмечает ВС РФ.

В силу положений статьи 28.2 КоАП тому, кого привлекают к административной ответственности, должна быть предоставлена возможность ознакомления с протоколом, представления объяснений и замечаний по содержанию протокола, существу вмененного административного правонарушения, напоминает он.

«Исходя из смысла и содержания данной нормы лицу, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении, должна быть предоставлена возможность реализовать гарантии защиты, давать объяснения по существу вменяемого административного правонарушения, квалифицированно возражать относительно его существа и обстоятельств, в том числе с представлением доказательств в подтверждение своей позиции.

Несоблюдение требований, предъявляемых статьей 28.2 КоАП к содержанию протокола об административном правонарушении, ненадлежащее описание события административного правонарушения может повлечь нарушение права на защиту лица, в отношении которого возбуждено производство по делу, лишить его возможности объективно возражать и представлять соответствующие доказательства по существу вменяемого правонарушения», — подчеркивает суд.

Судебные инстанции между тем проигнорировали это нарушение, так же как и не обратили внимание на то, что в процессе они установили обстоятельства, отличающиеся от описанных в протоколе.

В такой ситуации суды должны были вернуть протокол в ГИБДД для устранения недостатков, указано в решении.

Поскольку положения частей 1 и 4 статьи 1.5 КоАП гарантируют, что к административной ответственности можно привлечь только за те правонарушения, в отношении которых установлена вина нарушителя, а все неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого, то водителя нельзя наказывать при расхождении данных в протоколе и установленных в судах.

Кроме того, согласно пункту 4 части 2 статьи 30.17 КоАП по результатам рассмотрения жалобы на вступившее в законную силу постановление выносится решение о его отмене и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 КоАП РФ, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено решение, напоминает ВС РФ.

В связи с этим высшая инстанция отменила все состоявшиеся по делу решения и прекратила производство в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых были вынесены постановления.

Мнение эксперта

Многие тезисы, изложенные в решении, заслуживают внимания и могут быть использованы водителями, оказавшимися в схожей ситуации, и должны учитываться нижестоящими судами при рассмотрении подобных споров, отмечает член Ассоциации юристов России, заместитель председателя общества защиты автомобилистов «ОСА» Алексей Румянцев.

«Верховный суд неоднократно указывал о недопустимости подобных нарушений при оформлении административного материала. Сотрудники ГИБДД часто игнорируют это требование, не утруждая себя расписывать в административном протоколе событие вменяемого нарушения, что, в свою очередь, порой затрудняет суду возможность правильно квалифицировать деяние, совершенное водителем», — подчеркивает эксперт.

Учитывая, что неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, должны толковаться в пользу этого лица, то производство по таким делам обоснованно прекращается, указывает Румянцев.

Однако, по его словам, исходя из практики, суды на местах часто игнорируют правовую позицию своих старших коллег, вынося решения, которые в итоге приводят к таким результатам.

«Что же касается самого водителя, то в данном случае, по моему мнению, ряд процессуальных нарушений, допущенных судом первой инстанции при рассмотрении дела, позволил ей уйти от ответственности. Если не касаться нарушения пунктов 9.4, 10.1 ПДД РФ, а принимая во внимание доказанный факт вменяемого нарушения пункта 8.4 ПДД РФ, состоящего в причинной связи с наступившими последствиями (причинение вреда здоровью пассажира), к тому же которое водителем не оспаривалось, то, с учетом всех обстоятельств, суд верно квалифицировал действия водителя по статье 12.24 КоАП РФ и назначил наказание в виде штрафа. То, что водитель избежал штрафа, не освободит его от материальной ответственности перед потерпевшим за причинение морального вреда и вреда здоровью», — полагает член АЮР.

Нарушитель преимущества не имеет

26 июля 2014 г. в 16 часов 40 минут в районе д. 118 по ул. Строителей в с. Богатое Богатовского района Самарской области столкнулись два автомобиля под управлением Яковлева Ю.А. и Ростовского С.В. Вина инспекторами ГАИ, прибывшими к месту ДТП, была признана обоюдной. Яковлев Ю.А. с низкого старта летел по обочине прямо, поскольку ему можно нарушать ПДД – он спешил, а Ростовский С.В., поворачивая налево к своему дому, не выполнил требование п. 8.8 ПДД и не уступил дорогу Яковлеву Ю.А.

Чтобы все стало совершенно понятно, привожу схему ДТП (рисунок 1). Ростовскому С.В. осталось повернуть налево, чтобы закончить долгий путь домой, но поток встречных машин неиссякаем. Водитель фуры – добрая душа – притормозил, за ним остановились другие водители, а Яковлев Ю.А. обошел всех справа по обочине и неожиданно материализовался перед правым бортом поворачивающего налево Ростовского С.В. Столкновения избежать не удалось.

Водителям оставалось погоревать и разобраться с возмещением ущерба, как вдруг Ростовский С.В. решил обратиться к адвокату. Адвокат начал упираться – практика по подобным делам давно устоялась и обоюдная вина очевидна для ГАИ и судов всех уровней. А потом на досуге решил прочитать ПДД полностью. И неожиданно установил, что вины Ростовского С.В. в ДТП нет.

Отправной точкой стал анализ п. 8.8 ПДД, нарушение которого и вменялось Ростовскому С.В.: «При повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам».

Читайте так же:  Мировой суд судебного участка 3 советского района

А что значит «уступить дорогу»? Да это каждый школьник знает: «Уступить дорогу (не создавать помех) – требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость».

Стоп! Еще раз: «…имеющих по отношению к нему преимущество…» А имел ли преимущество Яковлев Ю.А.? Нет! Поскольку в ПДД сказано: «9.9. Запрещается движение транспортных средств по обочинам». Другими словами, нарушение водителем Правил дорожного движения не дает ему преимущества, то есть не дает ему права на первоочередной проезд. Соответственно, не возникает и обязанности уступить дорогу.

Но радоваться было рано. Чтобы судьи добровольно поменяли устоявшуюся практику. Кто сталкивался с судебной системой, тот знает, что надеяться на подобное – полная чушь. Но чудо произошло. Добравшись до Верховного суда, адвокат Виталий Иванов доказал свою правоту и выиграл дело за отсутствием состава правонарушения. Ссылка.

Лично меня во всей этой истории больше заинтересовал п. 8.1 ПДД, который в деле Ростовского С.В. не упоминался, хотя выполнение его требований обязательно при любом маневре. Цитирую: «При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения». С помехами Верховный суд разобрался, все понятно. А как насчет того, что при выполнении маневра не должна создаваться опасность для движения?

Подробно момент возникновения «опасности для движения» был описан в статье про бесконтактные ДТП (здесь и здесь). В данном конкретном случае «опасность для движения» возникла в момент появления Яковлева Ю.А. из-за стоящей фуры. Ростовский С.В. требование п. 10.1 ПДД (увидел опасность – тормози) выполнил, хотя это и не позволило избежать ДТП.

Постановление Верховного суда может иметь глобальные последствия. Теперь при совершении ДТП, при котором один из водителей маневрировал, важно будет понять, имел ли второй участник ДТП преимущество?

Например, по главной дороге обгон на перекрестке разрешен. Но движение левее сплошной линии разметки даже без ее пересечения Верховный суд еще в 2012 году признал нарушением (рисунок 2). Желтого автомобиля здесь быть не должно. И если произойдет столкновение, то в свете «свежего» постановления Верховного суда обязанности у водителя красного автомобиля уступить дорогу желтому не возникает.

Остается открытым вопрос момента возникновения «опасности для движения». Но в подобных случаях желтый автомобиль движется с большим превышением скорости, и с большой долей вероятности именно на него теперь «будут вешать всех собак».

В этом смысле настоятельно рекомендую водителю красного автомобиля заблаговременно, как и записано в ПДД, включать указатели левого поворота.

Все рассуждения о ситуации, приведенной на рисунке 2, не более чем мое личное мнение, и я готов выслушать замечания, которые вы приведете в комментариях.

И в заключение ответ на естественный вопрос: неужели десятки лет водителей наказывали за нарушение п. 8.8 ПДД, как это было в ситуации с Ростовским С.В., хотя никакого нарушения с их стороны не было? Отвечу цитатой из определения Верховного суда: «Вступление приговоров в силу не свидетельствует об их безусловной законности».

P.S. Меня часто ругают за то, что не даю ссылок на законы и постановления судов. Это портит текст, он становится тяжелочитаемым. Когда у меня некто Петр Артемов (в миру Белоцкий Сан Саныч) украл книгу, то первое, что он сделал, вытряхнул из нее все ссылки. Получился «музыкальный» текст, который недотепы хавают с удовольствием, но когда дело доходит до реальных разборок в судах – глотают ртом воздух, поскольку понятия не имеют, откуда что взялось. Потому не судите строго, что я не указываю реквизиты документов, на которые ссылаюсь. Кстати, даю ссылку на последнюю цитату ВС.

Юрий Панченко известен как автор книги «Водитель-инспектор. Разговор на равных» (издана совместно с интернет-сообществом «Юридическая грамотность автомобилистов») – книги, в которой в доступной форме объясняются нюансы правовых отношений сотрудников полиции и рядовых автомобилистов в наших реалиях. Юрий является также преподавателем автошколы, автоюристом и занимается выпуском иллюстративных материалов для объяснения Правил дорожного движения.

П86 пдд судебная практика

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ХАКАСИЯ

Судебная коллегия по гражданским делам

Обзор судебной практики разрешения судами Республики Хакасия споров, связанных со страхованием гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств.

В соответствии с планом работы Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия на I-ое полугодие 2013 г. проведено изучение судебной практики рассмотрения споров, связанных со страхованием гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств.

Введение института обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств направлено на повышение уровня защиты прав потерпевших на возмещение вреда.

Суть обязательного страхования гражданской ответственности состоит в распределении неблагоприятных последствий, связанных с риском наступления гражданской ответственности, на всех законных владельцев транспортных средств, с учетом такого принципа обязательного страхования, как гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных Федеральным законом.

Целью настоящего обзора является определение общего подхода в решении возникающих у судов республики вопросов при рассмотрении дел, связанных со страхованием гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств, выявление ошибок, допускаемых судами при рассмотрении дел данной категории.

Изучение судебной практики, рассмотрения споров, связанных со страхованием гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств, показало, что суды в основном правильно рассматривают дела указанной категории. Вместе с тем, представляется необходимым обратить внимание судов Республики Хакасия на некоторые вопросы, вызывающие затруднения при разрешении дел обозначенной категории.

В обзоре приведены характерные ошибки, допускаемые судами при разрешении споров, связанных со страхованием гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств, а также изложены некоторые правовые позиции Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия.

Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Л. обратился в суд с иском к ООО «Росгосстрах» о взыскании страховой выплаты, мотивируя требования тем, что в результате дорожно-транспортного происшествия его автомобилю Toyota Nadia были причинены механические повреждения. Ответственность виновника дорожно-транспортного происшествия З. застрахована в ООО «Росгосстрах», которое произвело истцу страховую выплату в сумме 15 423 руб., тогда как стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля согласно заключению автоэксперта составила 84 290 руб. 40 коп., из которых оплата услуг эксперта 2000 руб.

Решением суда исковые требования удовлетворены частично, взыскано с ООО «Росгосстрах» в пользу Л. страховое возмещение в размере 68867 руб. 40 коп., стоимость услуг автоэксперта в размере 2000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины, по оплате услуг представителя, по удостоверению доверенности.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия перешла к рассмотрению настоящего гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции без учёта особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, поскольку дело рассмотрено в отсутствие третьего лица З., не извещённого надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Истец Л. в зал суда апелляционной инстанции не явился, его представитель по доверенности А. уточнил исковые требования, просил взыскать с ООО «Росгосстрах» страховое возмещение в сумме 51995 руб., расходы по оплате услуг оценщика, по оформлению доверенностей, по оплате услуг представителя и штраф, предусмотренный ст. 13 Закона «О защите прав потребителей», в размере 50% от присужденной суммы.

Ответчик ООО «Росгосстрах», извещённый надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в зал суда своего представителя не направил, о причинах его неявки не сообщил.

Третье лицо З. в зал суда не явился, его представитель по ордеру адвокат Н. выразил согласие с размером ущерба, определённым судебной автотехнической экспертизой, просил уменьшить расходы истца на представителя, в удовлетворении требований о взыскании расходов на оплату услуг оценщика истцу отказать.

Судебная коллегия на основании ст. 167 ГПК РФ определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав представителей истца, третьего лица, изучив материалы дела, и проанализировав представленные доказательства в их совокупности, судебная коллегия пришла к следующему.

Согласно п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред.

Из справки о дорожно-транспортном происшествии видно, что 13.10.2011 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей Toyota Caldina под управлением З. и Toyota Nadia под управлением Л. В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю Toyota Nadia были причинены повреждения передней панели, решётки радиатора, переднего бампера, государственного номера, левой фары с указателем поворота, капота, переднего левого крыла, накладки капота, а также имелись скрытые механические повреждения.

Как следует из схем осмотра места дорожно-транспортного происшествия и места совершения административного правонарушения, объяснения участника ДТП Л. и рапорта старшего лейтенанта ГИБДД УМВД России по г. Абакану, автомобиль Toyota Caldina под управлением З. выехал на сторону дороги, предназначенной для встречного движения, допустив столкновение с автомобилем Toyota Nadia. Это также видно из фотографий, сделанных на месте происшествия.

Более того, из схемы осмотра места дорожно-транспортного происшествия и фотографий видно, что данный участок дороги имеет две сплошные разделительные полосы.

Таким образом, З. нарушил правила расположения транспортных средств на проезжей части, выехав на полосу встречного движения на участке дороги, имеющем две сплошные разделительные полосы.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что виновником произошедшего дорожно-транспортного происшествия является З., ответственность которого застрахована в ООО «Росгосстрах».

Из п. 4 ст. 931 ГК РФ следует, что в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Аналогичная норма предусмотрена в п. 1 ст. 13 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Страховая сумма, в пределах которой страховщик обязуется при наступлении каждого страхового случая возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего – не более 120 тысяч рублей (статья 7 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ).

Проведённой судом апелляционной инстанции по ходатайству третьего лица З. судебной автотехнической экспертизой от 21.02.2013 установлено, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля Toyota Nadia, получившего повреждения в результате дорожно-транспортного происшествия 13.10.2011, с учётом износа составляет 67418 руб.

Признав экспертное заключение от 21.02.2013 достоверным, допустимым и относимым доказательством, с учётом ранее выплаченной ООО «Россгострах» суммы страхового возмещения 15423 руб., судебная коллегия определила размер страховой выплаты, подлежащей взысканию с ООО «Росгосстрах» в пользу истца в сумме 51995 руб. (67418 руб. — 15423 руб.)

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений статьи 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности об ответственности за нарушение прав потребителей (статья 13).

В силу п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В связи с вышеизложенным, учитывая, что в добровольном порядке ООО «Росгосстрах» сумму страховой выплаты в возмещение причиненного ущерба полностью истцу не выплатило, судебная коллегия взыскала с ответчика в пользу истца штраф в размере 50% от присужденной суммы.

Страховщик по договору ОСАГО имеет право предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу в размере произведенной страховщиком выплаты, если вред был причинен указанным лицом при управлении транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного). При этом состояние опьянения может быть подтверждено не только актом медицинского освидетельствования, но и другими имеющимися доказательствами.

Закрытое акционерное общество «Страховая группа «УралСиб» (далее ЗАО СГ «УралСиб») обратилось в суд к Г. с иском о взыскании в порядке регресса суммы страхового возмещения, мотивировав требования следующим. Ответчик застраховал у истца свою гражданскую ответственность, как владелец транспортного средства – автомобиля ВАЗ-2108. 17.09.2011 по вине Г., управлявшего вышеуказанным автомобилем, произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором был поврежден автомобиль ВАЗ-21060, принадлежащий М. Сумма страховой выплаты М. составила 50860 руб. 06 коп. Поскольку в момент ДТП ответчик находился в состоянии алкогольного опьянения, истец на основании ст. 14 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» просил взыскать с него в регрессном порядке понесенные убытки, в размере выплаченного страхового возмещения – 50860 руб. 06 коп., а также возместить понесенные по делу расходы по уплате государственной пошлины в размере 1726 руб.

В судебное заседание суда первой инстанции представитель истца, ответчик не явились. От представителя ЗАО СГ «УралСиб» Ч. поступило ходатайство с просьбой рассмотреть дело в его отсутствие. Дело судом рассмотрено в отсутствие стороны истца.

Местонахождение ответчика Г. судом установлено не было, в связи с чем в порядке ст. 50 ГПК РФ к участию в деле в качестве представителя ответчика привлечен адвокат К., который в судебном заседании указал на недоказанность факта нахождения ответчика в момент ДТП в состоянии алкогольного опьянения.

Судом постановлено решение об отказе в удовлетворении исковых требований, с которым выразил несогласие представитель истца Ч.

В апелляционной жалобе он просил решение суда отменить, указывая на то, что судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела, нарушены нормы процессуального права, что привело к неправильному разрешению дела. Указал, что КоАП РФ не содержит нормы о том, что единственным допустимым доказательством нахождения лица в состоянии алкогольного опьянения является акт медицинского освидетельствования. Из материалов дела об административном правонарушении усматривается, что у сотрудников ГИБДД имелись законные основания для направления Г. на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. В связи с отказом от прохождения освидетельствования он был привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.26 КоАП РФ. Заявитель жалобы ссылался на то, что суд при вынесении решения не принял во внимание тот факт, что на момент ДТП Г. не имел права на управление транспортным средством, при использовании которого им был причинен вред, что в силу абз. 4 ст. 14 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» также является основанием для взыскания в порядке регресса суммы страхового возмещения. Просил решение суда отменить и вынести новое решение.

Письменных возражений относительно доводов апелляционной жалобы не поступило.

В суд апелляционной инстанции лица, участвующие в деле не явились, будучи надлежаще извещенными о времени и месте судебного заседания. На основании ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие участников процесса.

Изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда, исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (в том числе лицом, управляющим транспортным средством), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Из материалов дела следует, что 17.09.2011 около 17 час. 50 мин. на ххх км. автодороги «Ачинск-Ужур-Шира-Троицкое» водитель Г., управляя автомобилем ВАЗ-2108, в нарушение требований п. 10.1 Правил дорожного движения, не учел особенностей и состояние транспортного средства, двигался со скоростью, не обеспечивающей постоянного контроля за движением транспортного средства, не справился с рулевым управлением совершил наезд на стоящий на левой обочине автомобиль ВАЗ-21060, принадлежащий М., в результате которого автомобилю ВАЗ-21060 причинены механические повреждения. Данные обстоятельства усматриваются из извещения о ДТП от 17.09.2011, справки о ДТП от 17.09.2011, определения о возбуждении дела об административном правонарушении от 17.09.2011, определения по делу об административном правонарушении от 23.11.2011.

В соответствии с полисом ОСАГО 17.09.2011 гражданская ответственность Г., как владельца указанного выше транспортного средства, на момент ДТП была застрахована в ЗАО СГ «УралСиб».

Указанное ДТП страховой компанией признано страховым случаем. Страховщик ЗАО СГ «УралСиб» произвел страховую выплату М. в размере 50860 руб. 06 коп., что подтверждено представленными истцом документами: заключением специалистов от 17.10.2011, платежным поручением от 27.01.2012.

Обстоятельства совершения ДТП и сумма страхового возмещения лицами, участвующими в деле не оспаривались, и на основании положений ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ судом апелляционной инстанции не проверялись.

Поскольку в силу норм п. 1 ст. 1081 ГК РФ регресс – обязательство, носящее производный характер, после осуществления страховой выплаты потерпевшему у страховщика – ЗАО СГ «УралСиб» возникло право обратного требования (регресса) к лицу, управляющему источником повышенной опасности в размере выплаченного возмещения.

Согласно абз. 3 ст. 14 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (в ред. Федерального закона от 01.12.2007 № 306-ФЗ) и подп. «б» п. 76 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 07.05.2003 № 263, страховщик имеет право предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу в размере произведенной страховщиком страховой выплаты, если вред был причинен указанным лицом при управлении транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного). При этом страховщик также вправе требовать от указанного лица возмещения расходов, понесенных при рассмотрении страхового случая.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что материалами дела не подтвержден факт управления Г. транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения.

С выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения иска ввиду недоказанности обстоятельств, приведенных истцом в его обоснование, судебная коллегия не согласилась, поскольку он в нарушение требований ст. ст. 148, 196 ГПК РФ сделан без установления всех значимых для правильного рассмотрения дела обстоятельств и оценки этих обстоятельств в их совокупности, а также без учета положений ст. 56 ГПК РФ в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Читайте так же:  О транспортно-экспедиционной деятельности судебная практика

Суд первой инстанции не учел, что из дела об административном правонарушении в отношении Г. видно, что у ответчика имелись признаки алкогольного опьянения, и он привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.26 КоАП РФ – за невыполнение водителем, не имеющим права управления транспортными средствами либо лишенным права управления транспортными средствами, законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Так, согласно протоколу об административном правонарушении от 17.09.2011, Г. управлял транспортным средством с признаками алкогольного опьянения: запах алкоголя из полости рта, неустойчивость позы.

В соответствии с протоколом о направлении на медицинское освидетельствование от 17.09.2011 основанием для направления Г. на медицинское освидетельствование послужил запах алкоголя из полости рта, неустойчивость позы, отказ от освидетельствования по прибору Alert.

Из протокола судебного заседания от 19.09.2011 и постановления по делу об административном правонарушении от 19.09.2011 следует, что Г. вину в совершении правонарушения признал, указывая на то, что около 16 час. 17.09.2011 управлял автомобилем ВАЗ-2108 на автодороге АУШТ, до этого выпил пива, в момент движения произошло ДТП с участием его автомобиля и автомобиля ВАЗ-2106, оба автомобиля получили механические повреждения, Г. отказался от прохождения медицинского освидетельствования, не имеет права управления транспортными средствами.

Данным обстоятельствам со стороны суда первой инстанции не дана надлежащая оценка. Не учтено, что вышеуказанные протоколы ответчиком не оспаривались, напротив, ответчик при рассмотрении дела об административном правонарушении признал факт управления транспортным средством в момент ДТП после употребления пива.

Содержащиеся в решении выводы о непредставлении истцом доказательств нахождения ответчика в момент ДТП в состоянии опьянения не соответствуют установленным по делу обстоятельствам и основаны на неверном толковании норм процессуального права. Положения ст. 12.26 и ст. 27.12 КоАП РФ не предполагают обязанности сотрудника полиции направлять лицо, которое управляет транспортным средством и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, на медицинское освидетельствование вопреки его воли.

Ссылка в решении суда на отсутствие акта медицинского освидетельствования и, как следствие, на неподтверждение данного обстоятельства допустимыми доказательствами также признается судебной коллегией несостоятельной, поскольку данный факт может быть подтвержден другими имеющимися в материалах дела доказательствами, которым суду надлежало дать оценку в соответствии со статьями 55, 59, 60, 67 ГПК РФ. Акт медицинского освидетельствования лица, исходя из положений главы 6 ГПК РФ («Доказательства и доказывание») не является единственно допустимым доказательством подтверждения нахождения лица в состоянии алкогольного опьянения при рассмотрении гражданского дела.

Обобщив вышеизложенное, исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки имеющихся доказательств, произведенной по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции указал, что выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела; состояние алкогольного опьянения Г. в момент ДТП подтверждено вышеприведенными доказательствами.

Таким образом, решение суда признано незаконным и необоснованным, на основании п. 3 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ оно отменено.

Учитывая, что Г. – виновник ДТП управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, к страховщику гражданской ответственности ответчику – ЗАО СГ «УралСиб» перешло в пределах выплаченной суммы право требования к причинившему вред лицу в порядке регресса.

На основании указанного, судебная коллегия вынесла новое решение о взыскании с Г. в пользу ЗАО СГ «УралСиб» понесенные убытки и расходы по оплате госпошлины.

При этом судом апелляционной инстанции в соответствии с ч. 4 ст. 327.1 ГПК РФ не оценивались доводы апелляционной жалобы истца о том, что суд при вынесении решения не принял во внимание тот факт, что на момент ДТП Г. не имел права на управление транспортным средством, при использовании которого им был причинен вред, что в силу абз. 4 ст. 14 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» также является основанием для взыскания в порядке регресса суммы страхового возмещения, поскольку указанные доводы предметом рассмотрения в суде первой инстанции не являлись.

В случае, если дорожно-транспортное происшествие имело место по вине водителя, в действиях которого усматриваются нарушения п. 13.4 Правил дорожного движения РФ, предписывающего при повороте налево и развороте по зеленому сигналу светофора уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо и направо, требования другого участника дорожно-транспортного происшествия о взыскании страхового возмещения в связи с причиненным ущербом подлежат удовлетворению.

А., действуя в интересах Д., обратился в суд с иском к ЗАО СО «Надежда» и М. о взыскании страхового возмещения и убытков, мотивируя исковые требования тем, что 26.05.2011 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Инфинити FX35» под его управлением и автомобиля «Тойота Рав 4» под управлением М. Полагая виновной в дорожно-транспортном происшествие М., учитывая, что её гражданская ответственность застрахована в ЗАО СО «Надежда», просил взыскать в его пользу с ответчика ЗАО СО «Надежда» страховое возмещение в размере 120000 руб. и с ответчика М. убытки в размере 189840 руб.82 коп.

Решением суда в удовлетворении исковых требований отказано.

Отказывая в удовлетворении требований, суд исходил из вины Д., который в нарушение п.п. 6.2, 10.1 Правил дорожного движения РФ не снизил скорость движения, выехал на запрещающий сигнал светофора, создал аварийную ситуацию и допустил столкновение со встречным автомобилем «Тойота Рав 4», завершающим маневр поворота налево.

Судебная коллегия не согласилась с данным выводом суда первой инстанции, отменив решение, указала следующее.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 1 ФЗ от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее — договор обязательного страхования) договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Как следует из материалов дела, 26.05.2011 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Инфинити FX35» под управлением Д. и автомобиля «Тойота Рав 4» под управлением М., в результате чего автомобили получили механические повреждения.

Из административного материала, в том числе схемы дорожно-транспортного происшествия, объяснения Д., а также показаний свидетелей, ответчика М. видно, что водитель автомобиля «Тойота Рав 4» М. двигалась по ул. Некрасова и на перекрестке с ул. Советской намерена была совершить маневр — поворот налево. При этом, выехав на перекресток на зеленый сигнал светофора, она остановилась, пропуская автомобили, двигающиеся во встречном направлении, после начала завершать маневр на желтый сигнал светофора, в нарушение п. 13.4 ПДД РФ не убедившись в отсутствии движения всех встречных автомобилей. В свою очередь автомобиль «Инфинити FX35» под управлением Д. двигался по ул. Некрасова во встречном направлении, выехал на перекресток ул. Некрасова – ул. Советская на желтый сигнал светофора, загоревшийся после зеленого, что в силу положения п. 6.14 ПДД РФ разрешает движение на перекрестке.

Суд первой инстанции, давая оценку исследованным доказательствам, не учел положения п.п. 6.2, 6.14, 13.4 ПДД РФ, предоставляющих право водителю Д. выехать на регулируемый перекресток на разрешающий сигнал светофора и закончить маневр, а водителю М. предписывающих пропустить транспортные средства, движущиеся со встречного направления.

Объективных доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, в деле не имеется.

Показания свидетелей З. и И. опровергаются показаниями ответчика М., которая утверждала, что начала движение на перекрестке после остановки на желтый сигнал светофора, а не на красный, как показали указанные свидетели.

Доводы заявителя о том, что суд необоснованно не принял в качестве доказательств по делу показания свидетелей П., Д., Д. заслуживают внимание, поскольку их объяснения согласуются с объяснениями Д., М., а также с обстоятельствами дела.

Судебная коллегия, оценив представленные в материалах дела доказательства, определив значение условий договора страхования в совокупности с условиями, определенными в Правилах страхования, пришла к выводу об отсутствии доказательств вины водителя Д. в наступлении страхового случая, в результате которого страхователю был причинен материальный ущерб, и посчитала, что страховой случай наступил в результате вины водителя М., в действиях которой усматриваются нарушения п. 13.4 ПДД РФ.

При таких обстоятельствах решение отменено с вынесением по делу нового решения об удовлетворении исковых требований Д.

Определяя размер подлежащих взысканию по исковым требованиям истца, судебная коллегия с учетом п. 4 ст. 931 ГК РФ и ст.ст. 13, 7 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», ст. 1072 ГК РФ и имеющихся в материалах дела доказательств пришла к выводу о том, что в пользу Д. с ЗАО СО «Надежда» подлежит взысканию страховое возмещение в размере 120 000 руб., а сумма имущественного вреда, не покрытого страховым возмещением, — 186 340 руб. 82 коп., а также расходы на проведение экспертизы в размере 3500 руб., всего убытки в размере 189 840 руб. 82 коп. – подлежат взысканию с М.

По другому делу судебная коллегия не согласилась с выводом суда первой инстанции о наличии вины водителя транспортного средства, двигавшегося на перекрестке в прямом направлении, и пришла к выводу, что причиной дорожно-транспортного происшествия стало нарушение Правил дорожного движения водителем, завершавшим поворот налево.

К. обратился в суд с иском к ОАО «Страховая группа «МСК», страховщику ответственности М., о взыскании страховой выплаты, указывая на то, что он двигался на перекрестке улиц Пушкина-Ярыгина на зеленый сигнал светофора, а М. при повороте налево не уступила ему дорогу. Просил взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 112430,49 руб. и судебные расходы.

М. обратилась в суд с иском к ЗАО СО «Надежда», страховщику ответственности К., о взыскании страхового возмещения, указывая на то, что К. выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора и не предоставил ей возможность завершить маневр поворота налево. Просила взыскать страховое возмещение в пределах лимита в размере 120000 руб., расходы по оплате услуг автоэксперта 2500 рублей, судебные расходы.

Решением суда исковые требования М. удовлетворены, с ЗАО СО «Надежда» в её пользу взыскана страховая выплата в размере 120000 руб. и судебные расходы.

В удовлетворении требований К. к ОАО «Страховая группа «МСК» о взыскании страхового возмещения суд отказал.

Судебная коллегия, рассматривая апелляционную жалобу, указала следующее.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В соответствии с данной нормой ответственность наступает при наличии состава правонарушения, включающего доказанность наступления вреда и размер последнего, противоправность причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда.

При этом вина причинителя вреда презюмируется, так как пунктом 2 вышеназванной статьи предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

На основании ст. 3 Федерального Закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее — Закон об ОСАГО) основными принципами обязательного страхования являются гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных настоящим Федеральным законом.

Согласно ст. 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего, не более 120 тысяч рублей.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что 09.12.2011 на перекрестке улиц Ярыгина-Пушкина произошло дорожно-транспортное происшествие. Автомобиль TOYOTA VISTA под управлением К. двигался по ул. Пушкина в прямом направлении со стороны остановки «Ж\д вокзал» в сторону кольцевой развязки остановки «Трудовая». Во встречном направлении двигался автомобиль TOYOTA COROLLA под управлением М., которая имела намерение повернуть налево на ул. Ярыгина. При совершении М. поворота налево произошло столкновение с автомобилем TOYOTA VISTA, в результате чего автомобиль TOYOTA COROLLA под управлением М. отбросило на автомобиль TOYOTA COROLLA под управлением О. и следом – на ВАЗ-21093 под управлением Ш., которые двигались по ул. Пушкина в сторону остановки «Ж\д вокзал».

Административным органом вина участников движения не устанавливалась, административное производство прекращено по истечении срока привлечения к ответственности.

Удовлетворяя требования М., суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в дорожно-транспортном происшествии вины водителя автомобиля TOYOTA VISTA К., указав, что последний двигался со скоростью, не обеспечивающий безопасность движения, и выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора в момент, когда автомобиль TOYOTA COROLLA под управлением М. на желтый сигнал светофора совершал поворот налево.

Судебная коллегия не согласилась с данным выводом суда первой инстанции.

Согласно ст. 24 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» (с изменениями и дополнениями), права граждан на безопасные условия движения по дорогам Российской Федерации гарантируются государством и обеспечиваются путем выполнения законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения.

В соответствии с п. 1.3 Правил дорожного движения РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

Пунктом 6.2 Правил дорожного движения предусмотрено, что желтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает об опасности.

Пункт 6.14 Правил дорожного движения разрешает водителям дальнейшее движение на желтый сигнал в случае, если они не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению.

М. в суде первой инстанции утверждала и не отрицала в суде апелляционной инстанции, что она приступила к повороту налево на желтый сигнал светофора.

Анализ вышеприведенных норм Правил дорожного движения свидетельствует, что при определенных обстоятельствах движение на желтый сигнал светофора допустимо.

Судом первой инстанции вина водителя К. в дорожно-транспортном происшествии установлена без учета вышеприведенных норм.

По мнению судебной коллегии, причиной дорожно-транспортного происшествия стало нарушение М. пункта 13.4 Правил дорожного движения, в соответствии с которым при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо и направо.

Водитель М. при повороте налево должна была убедиться в том, что движение по ул. Пушкина во встречном направлении на время действия запрещающего сигнала светофора прекращено, и лишь после этого завершать маневр.

При таких обстоятельствах требования К. подлежали удовлетворению.

Пункт 1 ст. 965 ГК РФ, согласно которому, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за возмещенные в результате страхования убытки, подлежит применению к правоотношениям, возникающим из договоров добровольного имущественного страхования транспортных средств.

ОСАО «Ингосстрах» обратилось в суд с иском к О. о возмещении ущерба в порядке суброгации в сумме 83396 руб., о взыскании судебных расходов в сумме 2701 руб. 88 коп., мотивировав требования тем, что в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 24.07.2009 в г. Красноярске, по вине водителя О., управлявшего автомобилем Toyota Corolla, были причинены механические повреждения автомобилю Land Rover, принадлежащему Р. Ответственность участников дорожно-транспортного происшествия и автомобиль Land Rover были застрахованы в ОСАО «Ингосстрах». ОСАО «Ингосстрах» произвело выплату собственнику автомобиля Land Rover в размере 203396 руб. В связи с тем, что действие полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств распространяется на момент совершения дорожно-транспортного происшествия, и виновным в аварии представлен полис ОСАО «Ингосстрах», то ОСАО «Ингосстрах», возместило максимально возможное в рамках ОСАГО страховое возмещение 120000 руб. за О. Разница между фактическим размером ущерба, выплаченным Р. страховым обществом по договору имущественного страхования, и возмещением по договору ОСАГО составила сумму 83396 руб., которую истец просил взыскать с ответчика.

Решением суда, заявленные исковые требования удовлетворены в полном объеме.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 15.11.2012 ответчик О. доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал, пояснив, что он не был извещён о времени и месте рассмотрения дела судом первой инстанции. Никакой почтовой корреспонденции по фактическому адресу проживания в г. Красноярске не получал, в связи с чем не мог высказать свои возражения по иску. По его мнению, заявленный истцом размер ущерба завышен, для установления фактического размера ущерба просил назначить автотехническую экспертизу.

Определением от 15.11.2012 Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РХ перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учёта особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, и определением от 19.11.2012 назначила судебную автотехническую экспертизу, приостановив производство по делу до получения результатов экспертизы.

17.12.2012 в адрес Верховного Суда РХ поступило экспертное заключение, производство по делу возобновлено.

В судебном заседании ответчик О. признал исковые требования в части страхового возмещения в сумме 37624 руб., о чем предоставил письменное заявление.

Представитель ответчика Т. в судебном заседании просила расходы, понесенные ответчиком на оплату экспертизы, распределить пропорционально удовлетворенным требованиям.

Читайте так же:  Льготы на проезд ветеранам труда краснодарский край

Представитель истца ОСАО «Ингосстрах», третье лицо Р. в судебное заседание не явились, будучи надлежащим образом уведомленными о времени и месте рассмотрения дела. Судебная коллегия на основании ст. 167 ГПК РФ рассмотрела дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав ответчика О., его представителя Т., изучив заявление о признании иска в части, материалы дела и проанализировав представленные доказательства в их совокупности, судебная коллегия пришла к следующему.

Пунктом 1 ст. 965 ГК РФ установлено, что если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности и имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу требований ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, страховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из материалов дела следует, что 24.07.2009 в г. Красноярске по вине водителя О., управлявшего автомобилем Toyota Corolla, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Land Rover под управлением собственника Р. В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобилю Land Rover были причинены механические повреждения.

Ответственность обоих участников на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в ОСАО «Ингосстрах». Случай страховой компанией признан страховым.

В соответствии с заказом-нарядом стоимость восстановительного ремонта автомобиля Land Rover составила 203396 руб.

На основании платежных поручений ОСАО «Ингосстрах» произвело Р. выплату согласно условиям договора страхования в размере 203396 руб., из которых 120000 руб. возмещено в рамках договора ОСАГО, заключенного с виновником ДТП О. Разница между фактическим размером ущерба, выплаченным Р. страховым обществом по договору имущественного страхования, и возмещением по договору ОСАГО составила 83396 руб. (203396 руб. – 120000 руб.), которую ОСАО «Ингосстрах» просило взыскать с виновника аварии.

В представленном суду заявлении от 18.12.2012 О. признал требования в сумме 37624 руб., указав, что последствия признания иска, предусмотренные ст. 173 ГПК РФ, ему разъяснены и понятны.

В соответствии с ч. 1 ст. 39 ГПК РФ ответчик вправе признать иск.

Согласно ч. 3 ст. 173 ГПК РФ при признании ответчиком иска и принятии его судом принимается решение об удовлетворении заявленных истцом требований.

Принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия посчитала, что имеются все основания принять признание иска ответчиком в указанной части, поскольку находит, что признание иска не противоречит закону, не нарушает права и законные интересы других лиц.

При этом оснований для взыскания суммы страхового возмещения в большем размере судебная коллегия не усмотрела.

Так, согласно экспертному заключению, составленному по результатам экспертизы, проведенной на основании судебного определения, повреждения автомобиля Land Rover являются следствием одного дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 24.07.2009, за исключением повреждения (люфта) в рулевом механизме. В экспертном заключении сделан вывод, что не все работы и материалы, указанные в заказе-наряде от 24.11.2009, явились необходимыми для устранения повреждений автомобиля Land Rover, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия 24.07.2009.

Судебная коллегия не нашла оснований ставить под сомнение достоверность указанного заключения экспертизы и компетентность эксперта, ее проводившего. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда, в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, так как содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении эксперта документов, учитывает в совокупности предоставленную документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации эксперта, образовании, стаже работы.

При рассмотрении спора по существу сторонами данное заключение не оспаривалось.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу о том, что исковые требования ОСАО «Ингосстрах» подлежат удовлетворению в части на сумму 37624 руб. за вычетом указанных в экспертном заключении позиций, необоснованно включенных в стоимость ремонта, на сумму 45772 руб.

Если сумма требований, предъявленных несколькими потерпевшими страховщику на день первой страховой выплаты по возмещению вреда, причиненного имуществу по данному страховому случаю, превышает установленную статьей 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховую сумму, страховые выплаты производятся пропорционально отношению этой страховой суммы к сумме указанных требований потерпевших (с учетом ограничений страховых выплат в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего, в соответствии со статьей 7 указанного Федерального закона).

Л. обратилась в суд с иском к СОАО «ВСК» о взыскании страхового возмещения, мотивируя требования тем, что в результате ДТП её автомобилю причинены механические повреждения. Признав ДТП страховым случаем, ответчик выплатил страховое возмещение в размере 46315,29 руб. Не согласившись с размером выплаченного страхового возмещения, она обратилась к оценщику, по заключению которого размер ущерба составил 85008,92 руб. и утрата товарной стоимости 20047 руб. Просила взыскать с ответчика страховое возмещение в виде разницы между выплаченной суммой и суммой ущерба, определенной в экспертном заключении, также просила взыскать расходы по проведению оценки и судебные расходы.

Решением суда исковые требования удовлетворены частично. С СОАО «ВСК» в пользу Л. взыскано страховое возмещение в размере 49813,71 руб. и судебные расходы. В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

Судебная коллегия, рассматривая апелляционную жалобу, указала следующее.

В соответствии с п. 2 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае является рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Как следует из материалов дела, данное дело рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие третьего лица В.

В материалах дела сведения об извещении указанного третьего лица о дне и времени разбирательства дела отсутствуют.

Из изложенного следует, что В. был лишен гарантированного ст. 46 Конституции РФ права на доступ к правосудию, что является существенным нарушением норм процессуального права и безусловным основанием для отмены решения суда.

В соответствии с ч. 5 ст. 330 ГПК РФ определением судебной коллегии от 26.09.2012 дело было принято к рассмотрению суда апелляционной инстанции по правилам производства в суде первой инстанции.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции представитель истца М. поддержал требования искового заявления и выразил согласие с решением суда.

Представитель третьего лица В. — Ч. поддержал требования апелляционной жалобы, приводя указанные в ней доводы.

Выслушав представителей истца М. и третьего лица Ч., проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к следующему.

Согласно п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. 1 ст. 6 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Из содержания п. 1 ст. 13 указанного Федерального закона следует, что потерпевший вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу в пределах страховой суммы.

Из материалов дела следует, что 04.02.2012 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ГАЗ 322132 под управлением Б., автомобиля Тойота Камри под управлением Б.А., принадлежащего В., автомобиля Ниссан Алмера под управлением Л.П., принадлежащего Л. Согласно справке о ДТП и постановлению по делу об административном правонарушении от 04.02.2012, виновником дорожно-транспортного происшествия является Б., выехавший на перекресток на запрещающий сигнал светофора.

Гражданская ответственность Б. застрахована у ответчика.

Ответчик признал ДТП страховым случаем и выплатил истцу страховое возмещение в размере 46315 рублей 29 копеек, на основании отчета ООО «РАНЭ-СИБИРЬ», что следует из акта о страховом случае и платежного поручения о выплате страхового возмещения.

Истец, не согласившись с выплаченным размером страховой суммы, просил взыскать страховое возмещение на основании экспертного заключения от 21.03.2012 о расчете стоимости восстановления поврежденного автомобиля и на основании экспертного заключения от 21.03.2012 о расчете утраты товарной стоимости поврежденного автомобиля, в размере 58741,13 руб.

В связи с возникшими разногласиями по стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, определением суда первой инстанции от 23.05.2012 по делу была назначена экспертиза.

Согласно судебно-экспертному заключению, стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа составляет 77434 руб., величина утраты товарной стоимости составляет 15695 руб. Всего размер причиненного имущественного вреда составил 93129 руб.

Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы эксперта мотивированы и не оспариваются сторонами и третьими лицами, и могут быть приняты в качестве надлежащего доказательства размера вреда, причиненного имуществу истца.

В соответствии со ст. 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет, в том числе, в части возмещения вреда, причиненного имуществу нескольких потерпевших, не более 160 тысяч рублей.

Согласно абз.2 п. 3 ст. 13 указанного Федерального закона, если сумма требований, предъявленных несколькими потерпевшими страховщику на день первой страховой выплаты по возмещению вреда, причиненного имуществу по данному страховому случаю, превышает установленную статьей 7 настоящего Федерального закона страховую сумму, страховые выплаты производятся пропорционально отношению этой страховой суммы к сумме указанных требований потерпевших (с учетом ограничений страховых выплат в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего, в соответствии со статьей 7 настоящего Федерального закона).

Как следует из экспертного заключения от 16.02.2012, размер имущественного вреда, причиненного повреждением автомобиля В., составляет 99816, 95 руб. Указанный размер вреда сторонами и третьими лицами не оспаривается.

Следовательно, общий размер требований истца и В. по возмещению вреда составит 192945,95 руб., что превышает лимит, установленный ст. 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Поэтому, с учетом требований п. 3 ст. 13 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», судебная коллегия взыскала с ответчика в пользу Л. страховое возмещение в размере 30900, 71 руб. из следующего расчета:

93129 х 100%/192 945,95 = 48,26%

160000 х 48,26% – 46315, 29 = 30900, 71.

В порядке ч. 1 ст. 100 ГПК РФ с учетом принципа разумности с ответчика в пользу истца взысканы также расходы на представителя в размере 7000 руб. и расходы по оформлению доверенности представителю.

Обязанность возмещения вреда наступает при наличии причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

При отсутствии доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между действиями истца, превысившего установленную скорость движения, и наступившими последствиями в виде ДТП, требования истца о взыскании страхового возмещения подлежали удовлетворению в полном объеме.

Ч. обратился в суд с иском к ООО «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, указывая на то, что 17.09.2011 произошло ДТП, в котором его автомобилю причинены механические повреждения. Гражданская ответственность виновника ДТП застрахована ООО «Росгосстрах». Однако ответчик отказал истцу в выплате страхового возмещения, указав на необходимость установления виновности участников ДТП. Считая отказ незаконным, просил взыскать с ответчика сумму страхового возмещения в размере 83423 руб. и судебные расходы.

Решением суда исковые требования Ч. удовлетворены частично, с ООО «Росгосстрах» в его пользу взыскано страховое возмещение в размере 39511,50 руб., расходы по оплате услуг эксперта и оплате государственной пошлины. В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

Судебная коллегия, рассматривая апелляционную жалобу, указала следующее.

Согласно ч. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности либо имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что её страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (п. 4 ст. 931 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 13 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» установлено, что потерпевший вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, в пределах страховой суммы.

Согласно ст. 7 указанного Закона, страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет: в части возмещения вреда, причиненного имуществу нескольких потерпевших, не более 160 тысяч рублей, одного потерпевшего — не более 120 тысяч рублей.

Как следует из материалов дела, 17.09.2011 произошло ДТП с участием автомобилей ВАЗ 211440 под управлением Ч. и КАМАЗ под управлением Ш.

Постановлением от 17.09.2011 по делу об административном правонарушении Ш. признан виновным по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, поскольку при выезде на дорогу с прилегающей территории не уступил дорогу транспортному средству, движущемуся по ней (п. 8.3 ПДД). Ему было назначено наказание в виде административного штрафа в размере 100 руб.

Решением командира роты ДПС ГИБДД УМВД России по г. Абакану от 19.09.2011 вышеуказанное постановление отменено, поскольку Ч. обратился за медицинской помощью по поводу телесных повреждений, полученных в ДТП.

19.09.2011 возбуждено дело об административном правонарушении по ст. 12.24 КоАП РФ, назначено административное расследование.

Согласно заключению эксперта у Ч. каких-либо телесных повреждений, полученных в результате ДТП, не установлено.

Постановлением от 24.10.2011 Ш. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, и подвергнут штрафу в размере 100 рублей.

В отношении Ч. 24.10.2011 вынесено постановление по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ о привлечении к административной ответственности за нарушение п. 10.2 ПДД — двигался со скоростью 82 км/ч в населенном пункте при ограничении скорости движения 60 км/ч.

Указанные постановления участниками ДТП не обжалованы.

Устанавливая обоюдную вину участников ДТП, суд первой инстанции основывался на обстоятельствах, установленных при административном расследовании, пояснениях Ш., данных в ходе административного расследования, заключении эксперта о том, что у Ч. была возможность избежать столкновения, при соблюдении им скоростного режима. В связи с чем суд определил степень вины участников ДТП в размере 50% каждого.

Судебная коллегия не согласилась с данным выводом суда первой инстанции, отменив решение, указала следующее.

Из смысла действующего законодательства следует, что обязанность возмещения вреда наступает при наличии причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Вместе с тем, материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между действиями истца, превысившего установленную скорость движения, и наступившими последствиями в виде ДТП. Выводы эксперта о наличии возможности у Ч. избежать ДТП не имеют значения. Вина Ш. в нарушении п. 8.3 ПДД, не уступившего дорогу транспортному средству, имеющему преимущественное право движения, установлена административным органом и не оспаривалась в ходе рассмотрения дела.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

На основании чего суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями Ч. и ДТП.

Ответственность Ш. была застрахована в ООО «Росгосстрах».

При определении размера страхового возмещения суд апелляционной инстанции основывался на представленных истцом отчетах, заключении выполненных ООО «Эксперт — Оценка», которыми определена стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца в размере 53 167 руб.; стоимость услуг по восстановительному ремонту – 18416 руб.; утрата товарной стоимости 7440 руб.

Стоимость расходов истца по составлению указанных отчетов – 4400 руб.

Оценка имущественного вреда сторонами в ходе рассмотрения дела не оспаривалась.

Согласно пункту 60 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 07.05.2003 № 263 (с последующими изменениями), (далее – Правила) при причинении вреда имуществу потерпевшего в соответствии с настоящими Правилами возмещению в пределах страховой суммы подлежат: а) в случае полной гибели имущества потерпевшего — действительная стоимость имущества на день наступления страхового случая, в случае повреждения имущества — расходы, необходимые для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая; б) иные расходы, произведенные потерпевшим в связи с причиненным вредом (эвакуация транспортного средства с места дорожно-транспортного происшествия, хранение поврежденного транспортного средства, доставка пострадавших в лечебное учреждение и т.д.). Так же подлежат возмещению расходы, произведенные в связи с ДТП. При этом расходы, произведенные потерпевшим в связи с причиненным вредом, входят в лимит страховой выплаты. К таким расходам относятся расходы по оплате услуг эксперта по определению стоимости восстановительного ремонта.

Таким образом, судебная коллегия взыскала с ООО «Росгосстрах» в пользу истца 83423 руб. в том числе: сумма страхового возмещения – 79023 руб., расходы по проведению оценки – 4400 руб.

Отдел судопроизводства по гражданским делам